Книга Госпожа проводница эфира, страница 119 – Милена Завойчинская

Надо бы органайзер бумажный купить. А может, и не надо. Зачем он мне? Или все же надо? Оставлю дневники и хроники потомкам и следующим управляющим. О! А это мысль. Столько всего интересного происходит, а ведь забудется.

Уже в своих покоях я побродила, как неприкаянная. Глупо как-то все. Этьен мне нравится, чего я и не скрываю. И вроде дала уже понять, что отвечаю на его симпатию. Но дальше поцелуев он не заходил. И это обескураживало. Мужчина, который всю сознательную жизнь умудрялся очутиться в постели с женщиной чуть ли не на следующий день после знакомства, в мою сторону не делал никаких шагов.

Это было обидно.

Почитав немного перед сном, я выключила свет. Успела задремать, когда скорее почувствовала, чем услышала легкие шаги. Села, всматриваясь в темноту. Она не была мне преградой, и я увидела объект моих размышлений. Этьен стоял в дверях спальни, прислонившись к дверному косяку плечом, и просто смотрел на меня. Молча.

Так мы и смотрели друг на друга во тьме. Я видела его хорошо, он... ну, наверное. Он же маг, они умеют всякое. Лицо его было серьезным. Ни малейшего проблеска обычного шаловливого настроения.

— О чем ты думаешь? — прошептала я.

— О тебе, — вполголоса отозвался он. Со вздохом отлепился от косяка, прошел к моей кровати и присел на край матраса. — О том, как много ты значишь в моей судьбе. И о том, как я боюсь.

— Будущего?

— И его тоже. Но больше — настоящего. — Он взял мою ладонь и погладил кончиками пальцев. — Я ведь не шучу, малыш. Ты единственное, что меня держит. Реальность размыта. Есть только ты.

— Это не навсегда. И ты справишься. Ты ведь дух перемен. Поменяешь себя или реальность под себя. Выберем тебе симпатичный мирок, развлечешься, как ты любишь. Или, хочешь, я верну тебя в твой родной мир?

— Я хочу не этого.

— А чего?

— Тебя.

Я закрыла рот, хотя хотела начать его убеждать, что все наладится. Помолчала. А Этьен поднял мою руку и поцеловал. Потихонечку двинулся губами выше, осыпая кожу невесомыми поцелуями.

Пересел ближе, осторожно обнял за талию, давая мне возможность оттолкнуть, если передумаю. Но я положила руку ему на плечо, а потом и вовсе обняла за шею, отвечая на поцелуй.

Он был ошеломляюще ласков и нежен. Никаких игр. Никаких шуток.

Исчез шут и паяц, который умудрялся все превращать в цирк и клоунаду. Был мужчина, который боялся спугнуть желанную женщину. И я таяла в его руках, под его поцелуями. Это было удивительно и восхитительно.

Я попыталась расстегнуть пуговки на его рубашке. Не преуспела, и тогда, чуть отстранившись, не отрывая от меня губ, он быстро избавился от нее. А потом и от брюк. Абсолютно нагой, Рауль сидел рядом на кровати и продолжал изучать мое тело, при том что я оставалась в пижаме. Не сразу, но все же стащил с меня кружевную маечку. И лишь после этого впервые прикоснулся к моей груди.

Он изучал, пробовал меня на ощупь и на вкус, вдыхал запах... После и мои пижамные шортики отправились прочь.

Этьен не спешил, не торопился сам и не торопил меня. Он хотел полностью узнать и понять мое тело. И это было невыносимо! Невыносимо сладко. Невыносимо нежно. И невыносимо было уже ждать.

И даже когда мы все же слились, то поначалу и это было больше исследованием. Он не просто дарил мне наслаждение, он пытался понять меня, мои вздохи, мое тело. Что мне нравится, а что оставляет равнодушной. Что вызывает стон и заставляет выгибаться, от чего дыхание срывается или, наоборот, замирает.