Книга Невест так много. Дилогия, страница 36 – Милена Завойчинская

— Да, леди Эрика. Отбор невест. Изводить и третировать. К маркизу пойдете с докладом? Он уже в своем кабинете.

— Нет пока.

Намытые мрачные женщины и девушки, укутанные в полотенца, нестройной толпой шли на второй этаж. Оценив лица людей, готовых на убийство, я благоразумно спряталась в нише.

Именно там меня и нашел Кассель.

— Что говорят? — кивнув на удаляющиеся спины, прошептала я.

— Ругаются.

— Это и так понятно. Конкретнее.

— Служанок нет, им никто не принес из спален пеньюары, не потер спинки, некому сделать прически.

— Жизнь жестока, — вздохнула я. — Не видел, Марио лохани и тазы приготовил?

— Да, только я не понял зачем, — задумчиво поскреб он щеку, на которой уже давным-давно не растет щетина. Привычки и рефлексы — неискоренимая штука.

— Конкурс на лучшее отстирывание навоза. Что Лекс?

— Изучает. Но ты потеряла соратника, мальчик увлекся не на шутку.

— Найди меня, пожалуйста, как только наши курицы оденутся. А хотя…

Не договорив, я припустила тем вдогонку.

— Дамы! Уважаемые невесты! — крикнула я, торопясь нагнать гостий.

Толпа дрогнула и напряженно замерла, а потом начала медленно поворачиваться. Будь я менее привычная и более трепетная, я бы даже испугалась, столь недружелюбные взгляды мне достались.

— Уважаемые невесты. Надеюсь, вы хорошо отдохнули в купальне. У меня для вас сообщение о следующем конкурсе.

— О чем, пр-р-рос-с-тите?!

— Ч-ш-то?!

— Вы верно услышали, — с невозмутимым видом ответила я и изобразила сияющую улыбку. — Невест у маркиза так много, а он всего один. Как он должен понять, кто из вас самая лучшая и достойная? Нет, я-то не сомневаюсь, что вы все великолепные, умные, одаренные девушки. Но вы ведь не за меня замуж хотите выйти. Ведь так? А его сиятельство, он ведь всего лишь мужчина. Так покажите ему, на что вы способны.

— Музицировать, что ли? — презрительно спросила одна из девушек. — Так тут и сомнений нет, я лучшая. У меня голос на четыре октавы²⁶.

— Зато я играю на нескольких музыкальных инструментах, — фыркнула другая.

— Лучше конкурс рисования. Мне нет в этом равных. У меня истинный талант. Все гости в восторге от моих натюрмортов, — придерживая сползающее полотенце, добавила еще одна.

— Уважаемые леди, простите великодушно, но вы хотите выйти замуж? Или же стать примой²⁷ в оперном театре, ведущей пианисткой столичного оркестра и открыть свою картинную галерею? Нет, если это так, я передам маркизу. Возможно, он даже замолвит за вас словечко перед нужными людьми.

На меня смотрели как на врага, скрипели зубами, но молчали.

— Все наши конкурсы будут на то, чтобы его сиятельство смог найти достойную хозяйку для своих владений. Понимаете? Ту, что может сама и постирать, и постель перестелить, и ковер выбить, и даже сапоги начистить. Если леди не умеет этого сама, как она будет контролировать работу слуг? — с воодушевлением повторяла я речи матушки-настоятельницы.

Вот уж кто бы мог подумать, где и когда мне пригодятся эти слова? А мы ведь в приюте слушали эти напутствия каждый день на протяжении многих лет, когда нас гоняли заниматься уборкой или отправляли на подённые²⁸ работы. Деньги, которые нам за это причитались, уходили приюту. А мы, сироты, учились вести хозяйство. Да…

Мы все, и мальчишки, и девчонки, выросшие в этом приюте, могли и умели всё. Я даже черепицу перекрыть при необходимости смогу. Довелось как-то… А уж на кухне поработать, в прачечной или на огороде — через это прошли мы все до единого. Всё хозяйство приюта велось нами. Матушка-настоятельница и наставницы только воспитывали нас, контролировали и учили всему, что было обязательным по программе.