Книга Пощады, маэстрина!, страница 19 – Милена Завойчинская

А тут не столица, но все же...

Мы проехали уже прилично, меня начало клонить в сон, но позволить себе расслабиться и отключиться я не могла. Пришлось сесть ровнее, ущипнуть себя, чтобы скинуть дремоту и сосредоточиться. И лишь благодаря этому я сумела заметить крупную рыжую полосатую кошку, которая выбегала из узкого проулка. Она нервно мяукала, суетилась и ныряла назад. Опять выскакивала, искала взглядом людей, утробно мяукала и металась из проулка на улицу и обратно.

— Месье, вы видите? — потянувшись вперед, я тронула кучера за локоть. — Кошка зовет кого-нибудь.

— Не обращайте внимания, мадам. Это уличная, бродячая.

— Да я бы не сказала... Чистенькая, вроде, и откормленная. И ошейник вон имеется. Пытается позвать кого-нибудь.

А животное действительно пыталось привлечь внимание и позвать. Я знаю. Мама любит кошек, и с самого моего детства у нас всегда жил кто-то. И они себя вели именно так, зазывая на кухню за кормом. Да и собаки обычно так же поступают, если хотят отвести куда-то человека.

— Месье, притормозите! — решилась я, когда мы поравнялись с проулком.

Мы с кошкой встретились взглядом, она поняла, что я ее заметила, и жалобно мяукнула. Снова побежала на несколько шагов туда, вглубь, оглянулась на меня и вернулась.

— Маузель, не ходите! Мало ли что там? — недовольно проворчал кучер.

— Придется... — отозвалась я, понимая, что уже не могу не пойти.

Не то чтобы я такая смелая, вовсе нет. Да и Софи тут еще лежит, а я за нее в ответе. Но кошка явно просит помощи. Наверное, там у нее котята.

Ну ладно, есть младенец, подберем и котят. Что уж теперь...

Кучер все же затормозил, не стесняясь бухтеть и бормотать что-то про сердобольных девиц, которые вечно лезут куда не надо и подбирают всякую живность. Я не стала отвечать, слезла и велела:

— Ждите!

А потом обернулась и бросила на весь экипаж какое-то заклинание. Причем как-то обыденно, не задумываясь о том, что делаю. Ух ты! Весь экипаж, вместе с лошадью и кучером, моими вещами и спящим младенцем очутился словно в мыльном пузыре. Правда, кучер никак не отреагировал. Может, и не видит... Надо же, я умею теперь такие удивительные штуки делать...

Кошка же обрадованно бросилась ко мне, потерлась о ноги и с мяуканьем поспешила меня провести.

Было там грязно, темно, сам проулок больше напоминал просто неширокий проем между домами, пройти тут рядом могут максимум два человека.

— Киса, ну что тут? — ласково спросила я свою мохнатую провожатую. — Малыши твои? Где?

Кошка вела меня вглубь, постоянно оборачиваясь и проверяя, что я не отстала. Ну а я оглядывалась, чтобы убедиться, что мой экипаж не удрал и никто вдруг не возник за спиной. А то мало ли, рисковать своей душой и чужим телом я не готова.

Запах тут был... В общем, не цветочками пахло, а как в любой подворотне, которую облюбовали алкаши и бомжи. И кучи мусора под ногами, а впереди так вообще помойка, перегораживающая дорогу.

Вот к ней-то меня кошка и вела.

— Кис-кис, — позвала я. — Ну, где? Показывай.

Кошка громко протяжно взвыла и принялась копать какое-то вонючее мокрое тряпье, наваленное кучей.

Я поискала взглядом, подхватила с мостовой палку и аккуратно отодвинула в сторону тряпки.

— Ох ты ж блин! — выругалась.

Там оказались не котята, а мужчина с разбитой головой и залитым кровью лицом. Так это кошка меня к хозяину звала, а не к детенышам.