Книга Ведьмина поляна – 3, страница 14 – Василий Головачев, Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Черная лужа, в которую превратился атаман велоцирапторов, невыносимо смердела. Максим решил, что если уж ему суждено принять смерть, то пусть хотя бы подальше от этих мерзких останков. Он собирался вернуть «Горца», который по-прежнему торчал в груди велоцираптора, но перед этим решил освоиться с незнакомым оружием. Все-таки лучше изучить возможности Живобоя сейчас, чем когда из всех щелей полезут недружелюбные динозавры.

Живобой был оборудован своеобразным «ремешком» – металлическим жгутом, похожим на гладкую цепочку. Прежде чем закинуть оружие за спину и переползти туда, где лежал второй труп, Максим внимательно осмотрел и ощупал трофей. Он опасался, что Живобой активируется каким-нибудь хитрым способом, недоступным человеку, например, телепатией или генетическим кодом владельца. Однако среди переплетения трубок обнаружилось нечто, до безобразия похожее на спусковой крючок автомата. Большой палец интуитивно нашел еще один переключатель, расположенный примерно там же, где предохранитель у АК–47. Макс невольно усмехнулся. Оружие, вызывающее биораспад, все еще казалось ему отвратительным и подходящим скорее для еуродцев. Однако тот факт, что устройство чужеземной пушки имело сходство со старым добрым «калашом», заставило Максима другими глазами взглянуть на Живобой – такое расположение переключателей и рычагов имело смысл, ведь верхние конечности велоцирапторов сильно напоминали человеческие кисти.

Макс направил пушку на джунгли и плавно нажал на спусковой крючок. Устройство завибрировало, издало уже знакомый писк, а после выплюнуло зеленую вспышку. Там, куда был направлен ствол, джунгли начали стремительно чернеть и умирать. Казалось, какой-то невидимый демон высасывал жизнь из гигантских фикусов и папоротников, оставляя на месте «трапезы» лишь тлен и прах.

— Жесть, – пробормотал Максим словечко, которое с его подачи стало популярным у росичей, и сместил переключатель, который по его предположению являлся аналогом предохранителя у АК.

Попытка снова нажать на спуск ни к чему не привела. Курок заблокировался и, казалось, стал одним целым с трубчатым корпусом.

— И на том спасибо, – уже не боясь окончательно «отстрелить» себе пятую точку, Макс закинул Живобой за спину. Гибкий жгут, заменявший ремень, сам собой втянулся в корпус оружия, удобно зафиксировав трофей между лопаток.

Разобравшись с Живобоем, Макс поднял браслет, который, по счастью, не упал в «бульон» на ящериных косточках. Артефакт напоминал украшение из числа тех, что египтологи доставали из гробниц фараонов, но с технологическим уклоном. Хитро переплетенные трубочки, из которых состоял браслет, напоминали трубки Живобоя, только тоньше. Они сплетались вокруг округлого кристалла, который так же мерцал зеленым. Возможности убедиться, что именно эта бижутерия генерировала силовое поле, не имелось. Поэтому Макс просто надел браслет на нечувствительную левую руку и продвинул повыше, так, чтобы плоское кольцо надежно зафиксировалось на предплечье. После этого он вернул в чехол двух «Горцев», которые нисколько не затупились от удара об энергетический щит, и пополз прочь от лужи. Останки воняли дохлятиной, и над ними уже начинали роиться насекомые.

Ползти только с одной действующей рукой и ногой оказалось неудобно. Макс бормотал крепкие словечки, но продвигался к цели. Когда до мертвого ящера оставалось метра три, на каменные плиты легла четко очерченная тень. Она перемещалась, как будто над плато, на низкой высоте и скорости, парил дрон. Максим, недолго думая, перекатился на спину. Пушка больно впилась в поясницу, но он едва ли обратил на это внимание. Над полосой, вымощенной плитами, нарезал круги самый настоящий птерозавр.