Книга Креахоновая крепость. Водовороты времени, страница 126 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Яналия пришла сюда не для того, чтобы составлять психологический портрет Тиши Крейн, поэтому спросила напрямую:

— Кто, по-вашему, её похитил?

— Одержимый, – произнесла цыганка, дополняя расклад ещё тремя картами. На стол по очереди легли изображения девочки, державшей на поводке гигантского паука, страшной ведьмы с лицом обезображеным шрамами, и королевы, голову которой, помимо короны, венчали загнутые козлиные рога. – Человек, одержимый бесом и очень опасный!

— Одержимый бесом? – Яналия скептически вскинула бровь. – Типа, он ползает по потолку и плюётся в священников, как в тех страшилках?

— В человеке, который похитил Тишу, живёт могущественный демон. Страшное зло, которое однажды вырвется на свободу, – цыганка вгляделась в карты и произнесла: – И произойдёт это довольно скоро.

— Когда? – уточнила Яналия. – На этой неделе?

— Будущее пока неопределённо. Но мы должны надеяться и верить в то, что Тиша к нам вернётся…

Услышав этот довольно банальный совет, Яналия закатила глаза. Как и все предсказатели, мадам Симона говорила общими фразами, избегая конкретики. Яналии же требовались факты.

— Мадам Симона, вчера Тиша собиралась зайти к вам в гости, – произнесла она, подавляя раздражение. – Вы увиделись?

— Нет. Тиша так и не появилась у меня. Вероятно, где-то по пути с ней и приключилось несчастье.

— Она столкнулась с похитителем, когда шла к вам?

— Да. Вот с ним, – пальцем, украшенным сразу тремя золотыми кольцами, мадам Симона указала на карту, лежавшую прямо над «Жертвенностью». На картинке был изображён худой и безумный с виду человек в рваном плаще. Его глаза горели красным, седые волосы были всклокочены, а на плече сидел гадко ухмыляющийся бесёнок. Причём бесёнок, как отметила Яналия, был наполовину роботом.

Это были просто страшные картинки, но они пробуждали внутри у Яналии странные, неконтролируемые эмоции. Она чувствовала, как полумрак комнаты с каждой минутой всё сильнее сгущается, а воздух, насыщенный благовониями, делается непригодным для дыхания. Оторвавшись от созерцания безумца с бесёнком-киборгом на плече, Яналия тут же встретилась взглядом с черепом, стоявшим на полке. Он ухмылялся безгубой пастью, а в провалах глазниц залегли чернильные тени.

— Я, наверное, пойду, – сказала Яналия, поднимаясь со стула. – Спасибо, что уделили мне время…

— Пожалуйста, – мадам Симона одним движением сгребла карты и посмотрела на Яналию. – Будь осторожна. Твоя судьба и судьба Тиши тесно переплетены. Тебе тоже может грозить опасность.

Шагая домой, Яналия размышляла о том, что сказали карты. Она не особо верила в гадания, но зловещий образ похитителя, одержимого демоном, не шёл из головы. На душе у Яналии было неспокойно.

Выставка авангардной скульптуры поражала нелепостью и размахом. Мобайлы, или попросту подвижные скульптуры, вращались и покачивались, совершая бесцельные движения. При этом каждая скульптура скрипела, шипела или лязгала. Из монументального нагромождения металлических бочек, скреплённых между собой болтами, время от времени валил чёрный, густой дым. Яналия видела множество ужастиков, где на кладбищах начинали оживать мертвецы. Выставка напоминала такое кладбище, только вместо мёртвых людей были отработавшие своё механизмы. Даже роботы-уборщики держались от выставки подальше. Гермес предположил, что в ржавых мобайлах Фанделины им чудились демоны из техноада – страшного места, куда по слухам попадали неэффективные роботы.