Книга Аркан дьявола, страница 97 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

Барбара не поняла, каким образом перенеслась из деревянной пристройки в комнату, похожую на склеп, куда уже пару сотен лет никто не заглядывал. Казалось, неловкий монтажёр неудачно склеил два эпизода фильма о подростковых разборках. На закопчённом потолке, куда смотрела Барбара, лежало размытое световое пятно. Каменный свод поддерживали рассохшиеся деревянные балки.

— Ты очнулась? – Рудольф сидел на полу, а голова Барбары лежала у него на коленях.

— Я… теряла сознание? – спросила Барбара, приподнимаясь. Было холодно, и в воздухе висел странный затхлый запах, как в погребе. – Где мы?

— В руднике. Здесь много помещений и коридоров, где можно заблудиться. Феликс трус, он побоится сюда сунуться.

Телефон Рудольфа с включённым фонариком лежал на полу. Оглядевшись, Барбара увидела кучи мусора, припорошенного пылью, и покосившиеся полки. Старинный фонарь и пара металлических касок могли бы стать музейными экспонатами, но ржавели здесь, под землёй. С потолка свешивались гирлянды паутины, а на полу, помимо прочего хлама, валялись смятые пивные банки. Их, конечно же, принесли не горнорабочие прошлого, а подростки, искавшие острых ощущений.

Барбара села рядом с Рудольфом, привалившись спиной к стене, и произнесла:

— Ничего себе приключение, да? Было экстремально, хотя повторить не предлагаю.

— Честно, я бы удивился такому предложению. Как рука?

— Болит. Но это ерунда. Мы убежали, а остальное мелочи.

— Я убью Феликса, – мрачно пообещал Рудольф. – Как только получится застать его…

В этот момент в давящей тишине послышались чьи-то отдалённые, неразборчивые голоса.

— Всё-таки Феликс не такой уж и трус, – произнесла Барбара.

Рудольф потянулся за телефоном и выключил фонарик. Помещение погрузилось в темноту, густую, как гудрон.

— Конечно трус, – услышала Барбара его голос. – Могу спорить, он остался наверху, а в шахту отправил своих дружков. Они не будут слишком стараться, разыскивая нас.

Голоса то приближались, то отдалялись, и спустя минут десять рудник снова погрузился в торжественную тишину.

— Нам надо в город, – сказал Рудольф. – Если не обработать ожог, может начаться заражение.

— Ты же сам знаешь, что пока нам нельзя выходить. Феликс будет ждать наверху.

— Ему скоро станет скучно просто так сидеть у входа в рудник. Тем более свою порцию развлечений на сегодня он уже получил.

— Мы подождём до вечера и тогда выйдем, – твёрдо сказала Барбара. – Я не хочу, чтобы тебя избили.

— А о себе ты вообще не волнуешься? – поинтересовался Рудольф.

— Нет. Я же ведьма, ты забыл? Это значит, я крепче, чем кажусь.

— Но твой ожог…

— …Заживёт. Я знаю специальные травы. Не волнуйся.

Некоторое время в подземелье царила тишина. Барбара слышала лишь дыхание Рудольфа, а потом вдруг он сказал:

— Ты удивительная девчонка. Иногда мне кажется, что я тебя выдумал.

Барбара ощутила, как её горло сжимается, и слегка дрогнувшим голосом произнесла:

— Знаешь… может, это прозвучит смешно или глупо. Но я очень ценю нашу дружбу. И рада, что в тот день ты оказался возле Дома-за-плющом.

— Я тоже рад этому. Пожалуй, единственное хорошее, что Феликс совершил в своей жизни, это загнал меня в то ущелье.

— Рудольф, моя жизнь такая странная, – произнесла Барбара, с трудом подбирая слова. – Мне приходится постоянно врать и притворяться. Но с тобой я хочу быть честной. Хочу, чтобы ты видел меня такой, какая я есть.