Книга Взломать смерть, страница 136 – Тамара Рыльская, Герман Рыльский

— Нет! Можешь спалить свой проклятый замок дотла, я отсюда не выйду!

— Поджигайте! — распорядился Синяя Борода, и сразу же к поленницам бросились несколько слуг с тлеющими фитилями.

Огонь разгорелся быстро, языки пламени принялись жадно облизывать каменную кладку. Вверх потянулись чёрные ленты дыма, и в комнате стало нечем дышать. Анна вытащила из кармана вышитый батистовый платок — подарок сестры — и прижала к лицу. Голуби начали беспокойно перепархивать с балки на балку и наконец вылетели в окно. Анна смотрела им вслед, и ее глаза слезились от едкого дыма.

Трещали смолистые поленья, вокруг башни, подобно театральному занавесу в дьявольской постановке, колыхалась серая завеса. Высокий стог сена под самым окном слуги не стали поджигать — видимо, барон надеялся, что его строптивая жена испугается огня и выпрыгнет. Анна знала, что слуги начнут тушить пожар, как только она совершит прыжок. Вёдра с водой уже стояли наготове. Но огонь разгорался, и сено уже начинало тлеть. Понимая, что Синяя Борода не оставил ей другого выхода, девушка взобралась на подоконник. Шепча слова молитвы, она встала в полный рост, цепляясь за раму.

— Умница, Анна! — крикнул Жиль. — Прыгай же!

В этот миг налетевший порыв ветра качнул серый занавес, и на дороге, ведущей к замку, Анна увидела двух всадников. В широкополых шляпах, украшенных перьями, и развевающихся гвардейских плащах, они летели во весь опор, наклоняясь к гривам лошадей. Это, конечно же, были Клод и Франсуа, братья Анны. Значит, почтовый голубь не подвёл!

Баронесса закрыла глаза и с лёгким сердцем выпрыгнула из окна. В лицо ударил раскалённый воздух, свист ветра в ушах сменился довольным воплем барона. Колючее сено спружинило, подбросив Анну. Защищая лицо ладонями, она скатилась на землю.

— Теперь ты никуда от меня не денешься!

Рык Синей Бороды раздался прямо над головой девушки. Она сжалась, ожидая удара, но тут послышался стук копыт и выстрел. Что-то тяжёлое рухнуло на землю. Анна отняла ладони от лица и увидела лежащего барона. Он корчился и скрипел зубами, прижимая ладонь к простреленному левому плечу. Клод, ранивший Синюю Бороду, сжимал дымящийся пистолет, Франсуа с обнажённой шпагой догонял убегающего итальянца. Секунда — и сражённый колдун упал под копыта лошади.

— Сестра, с тобой всё в порядке? — спросил Клод, подъезжая ближе.

— Да! — На глаза Анны навернулись слёзы, не имевшие никакого отношения к едкому дыму, расползавшемуся кругом.

Синяя Борода попытался встать, но гвардеец приставил к его горлу шпагу:

— А тебя будут судить!

«Слуги разбежались, и тушить пожар оказалось некому. Башня сгорела, но дальше огонь не пошёл. Я унаследовала замок Ле-Люд. А барона, известного как Синяя Борода, казнили за убийства, ересь и связи с дьяволом. Комнату, в которой он совершал свои преступления, по моему приказу замуровали. С тех пор я ни разу не слышала призрачных голосов, а это значит, что несчастные девушки упокоились с миром. Мне безумно жаль их, даже Эву, которая оказалась ведьмой…»

Последняя запись в дневнике Анны гласила: «Вскоре я узнала, что беременна. Значит, род де Рэ, опорочивший себя связями с тёмными силами, не прервётся. Я не знаю, как относиться к этому, но впрочем — на всё воля Божья…»