Книга Напарник ректор, или Характер скверный, неженат!, страница 57 – Татьяна Булгава

— Сегодня великий день, — сказала Гелла Кракену. — Ты станешь свидетелем того, как ректор впервые увидит мою запретную формулу. Не подведи.

Кракен чихнул.

Ровно в десять в дверь постучали. Коротко, резко — по-военному.

— Войдите, — сказала Гелла, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Омэн вошёл.

Без мантии, без мундира. В простой чёрной рубашке с закатанными рукавами и чёрных штанах, заправленных в сапоги. Волосы мокрые — будто только что из душа. Он оглядел лабораторию, клетку с мышью, доску с формулами.

— Уютно, — сказал он.

— Врёте, — ответила Гелла. — Здесь пахнет кислотой и старыми носками.

— Твоими носками?

— Моими. Но вы не об этом.

Она подошла к доске.

— Я хочу вам кое-что показать. То, над чем работала последние два года. То, из-за чего на меня охотятся. Моя формула.

Омэн подошёл ближе.

— «Синтез без компонентов», — прочитал он. — Версия 7.4. Это та самая запретная тема?

— Да. Теоретически, с помощью этой формулы можно создавать алхимические составы из подручных материалов. Из воздуха. Из земли. Из воды. Из чего угодно, что содержит базовые элементы.

— Теоретически?

— Практически — тоже. Но пока только для малых объёмов.

Она взяла со стола пустую пробирку и поставила её в штатив.

— Смотрите.

Она достала маленький пузырёк с прозрачной жидкостью — «затравку», как она её называла. Капнула одну каплю в пробирку. Потом поднесла пробирку к лампе, сфокусировала свет.

— Сейчас начнётся магия. В прямом смысле.

Она прошептала несколько слов — алхимическую формулу, которую никто не знал, кроме неё. Пробирка засветилась изнутри голубоватым светом. Жидкость начала пузыриться, менять цвет — с прозрачного на синий, потом на зелёный, потом на красный.

— Что происходит? — спросил Омэн.

— Синтез. Я создаю состав, используя только затравку и эфирные потоки. Никаких дорогих ингредиентов. Никаких редких компонентов. Только энергия, которая есть везде.

Она подождала ещё минуту. Жидкость в пробирке успокоилась, стала ярко-синей.

— «Формула пятого типа», — сказала Гелла. — Та самая, которой я поливаю плацы. Синяя ампула. Скользящий состав.

— Ты создала её из ничего?

— Из затравки. Но затравка — это просто катализатор. Её можно использовать много раз. Основная масса вещества синтезирована из воздуха.

Она взяла пробирку и вылила немного жидкости на стол. Жидкость растеклась маслянистой лужицей. Омэн провёл по ней пальцем — палец скользнул, как по льду.

— Невероятно, — тихо сказал он.

— Это только начало, — Гелла достала из свинцового футляра фиолетовую ампулу. — Самое интересное — вот это.

— Фиолетовая. Экспериментальная?

— Да. Я называю её «Эйфирный резонанс». Это не просто скользящий состав. Это состав, который может синтезировать любой эффект. Взрыв, липкость, кислоту, тепло, холод. Всё, что захочешь.

— Как это работает?

— Затравка настроена на частоту эфирных потоков. Меняя частоту, я меняю результат. Никаких новых ингредиентов. Одна и та же затравка может создать и скользящее масло, и взрывчатку.

Омэн взял ампулу, повертел в руках. Фиолетовая жидкость переливалась серебристыми искрами.

— Это переворот в алхимии, — сказал он. — Даже не переворот. Революция.

— Поэтому Совет запретил исследования в этой области, — кивнула Гелла. — Они боятся, что формула попадёт в чужие руки.