Книга Суррогатный папа поневоле, страница 34 – Марина Орлова

С другой стороны, это не укладывалось в голове. Я не могу сказать, что должным образом узнал Аксенову, чтобы судить о ее поступках, но то, что услышал и понял из ее поведения, не вязалось с тем, что происходило в личной жизни теперь. Она не казалась капризной женщиной, которая сегодня рассталась, а после помирилась с женихом.

Опять же, с другой стороны, ей хватило внезапности, чтобы предложить первому встречному стать отцом ее ребенка. Или это и был сиюминутный каприз? Хорошо бы, если так.

Лишь после этого я слегка успокоился и даже занялся своей жизнью. На дне рождения Лики, та познакомила меня со своей бывшей коллегой. По иронии судьбы из той же фирмы, где работала и Аксенова. Мы даже сходили с девушкой на несколько свиданий, и Марина показалась мне… милой. Будучи ровесницей Лики, она была юна, красива, весела и слегка наивна. В целом все было в девушке неплохо, кроме ее любви к болтовне ни о чем. Впрочем, эта черта их с моей сестрой объединяла, потому я не был удивлен появившейся между ними крепкой дружбе.

Вот сегодня я должен был сопровождать Марину на корпоратив, чему пытался воспротивиться, но под напором двух девушек (Лики и Марины) сдался. Марина хотела оказаться на празднестве не в одиночестве, а сестра просто жаждала новой порции сплетен.

Я же отчаянно уговаривал себя, что согласился не по тому, что надеялся в живую увидеть Аксенову и убедиться, наконец, что нас с ней ничего не связывает. Пытался убедить себя, но до конца все равно не удалось.

Прошло больше часа, с момента начала развлекательной программы, трое мужчин выступили с речью. Одного из тройки я уже знал – Кравцов Игорь. А вот двух других Марина опознала как старших Аксенова и Кравцова, что сразу повысило мою заинтересованность. Отец Светланы оказался невысоким, но статным мужчиной, некрасивой в полном смысле этого слова, но приятной внешности с глубокими залысинами в почти седых волосах. Лицо его носило следы напряженного труда, что отпечаталось не только залысинами, но и глубокими морщинами на лбу и возле рта. Зато я теперь понимал, у кого Светлана унаследовала цепкий, внимательный взгляд холодных зеленых глаз. Честно говоря, в мимике отец и дочь очень походили, а вот внешностью Аксенова, скорее пошла в мать, которой на празднике не было.

Зато у Кравцовых все было наоборот: отец и сын были едва не точными копиями друг друга, за разницей в возрасте, разумеется. Яркие глаза, пышная и светлая шевелюра, оба высокие, широкоплечие и надменные. Вот только если младший больше походил на обаятельного кретина, то старший олицетворял собой отставного майора: суров, молчалив, мрачен и помимо внешности никак к себе не располагал. Неприятный тип. И сынок ему под стать.

А Аксеновой все не было…

Перевел взгляд на Марину, вдруг вспомнив, что я здесь не один, но она спокойно болтала со своей соседкой по столику, даже не обратив внимания, что я ушел в свои мысли. Даже не знаю, радоваться или грустить, что за время, проведенное здесь, мы с моей спутницей и трех фраз друг другу не сказали. Наверное – радоваться, учитывая, что девушка предпочитала обсуждать последние сплетни офиса и мечтательно вздыхать о Кравцове младшем, сетуя на то, что такое «счастье» досталось местной Мегере.

Смотря на девушку, я все больше убеждался, что нам с ней не по пути. Общаться нам было решительно не о чем. Интересы слишком разные. Можно было бы и потерпеть из-за внешности темпераментной красотки. Вот только я перерос этап, когда в отношениях меня больше волновала постель и внешность партнерши.