Книга Суррогатный папа поневоле, страница 75 – Марина Орлова

— Если бы следил, это был бы другой человек, – печально вздохнула я, а после сочувствующе спросила у Кравцова: – Ты как? Я сейчас холодного принесу, потерпи немного! И, пожалуйста, помолчи, пока не вернусь, – искренне взмолилась я.

Но кто ж меня послушает?

— Лан, это что за горилла? – осторожно ощупывая окровавленный нос, потребовал ответа Кравцов, с некой настороженностью посматривая на сложившего на груди руки Павла, пока я пыталась со своим животом протиснуться в гостиную, а там и к холодильнику в кухне. – Если ты себе уже хахаля нашла, уж потрудись нормально его выдрессировать, чтобы он на людей не бросался! – вызывающе произнес Кравцов, что вынудило меня сменить траекторию и быстро вернуться в прихожую, чтобы замереть между мужчинами, примирительно выставив руки перед собой.

— Игорь, тебе следовало бы помолчать! – выразительно и предостерегающе выпучила я на него глаза. – Не нагнетай. Давайте спокойно все обсудим и успокоимся!

— То есть, это я виноват, что мне ни за что, ни про что в морду прилетело от незнакомого мужика? – взбесился Игорь, обиженно переводя взгляд с меня на Смирного и обратно. – Это я тут жертва! – указал он на свою окровавленную физиономию пальцем. Насколько я могу судить, нос не сломан, что уже хорошо. Фингалы наверняка появятся – это плохо. Можно сказать, Смирнов Игоря пожалел, ударив чисто символично, учитывая прошлое Павла в боксе и его умения. Но попробуй это объяснить Кравцову! Особенно сейчас, когда он уверен в том, что не заслужил ничего подобного. – Отчитывай этого психопата, а не меня!

— «Жертва»? – с угрожающей вкрадчивостью переспросил Паша, словно ослышался. – Ты, сволота такая, заявился к будущей матери своего ребенка, после расставания из-за измены, как ни в чем ни бывало. И еще имел наглость заявлять ей о своих планах на новые свершения с другими женщинами? Я все правильно понял, а, кобелина?

— После измены? – слегка растерялся Кравцов, посмотрев на мою перекошенную физиономию. – Лан, а чего происходит? – впервые заподозрил Игорь нечто необычное… помимо того, что ему нос разбили, разумеется.

— Хочешь сказать, измены не было? – опередив меня на долю секунды, задал Паша вопрос, даже не шелохнувшись, но у меня натурально мороз по коже прошелся.

А вот у Кравцова ничего не ёкнуло. Похоже, с нюхом на ближайшую неделю, ему и чувство самосохранения отбило напрочь одним ударом по бестолковой головушке!

Потому он сказал то, что сказал, отчего мне захотелось прошибить себе лоб от отчаяния и чувства стыда за то, с кем собиралась связать себя узами брака.

— Нет, ну было дело, конечно! – нехотя признался Игорь, а после вновь взял не тот тон, снисходительно фыркнув, даже не подозревая, что по моей версии, измена случилась с неделю как. Нет, то, что отнекиваться не стал и признал свою вину – это хорошо. Даже положительно характеризуется Кравцова. Признавать ошибки он может. Плохо, что он за эти ошибки вины не ощущает… – Но когда это было! Пора бы уже и забыть, дело-то житейское. Я же мужик, с кем не бывает?! Вон, Ланка не даст соврать, она все понимает и уже не злиться наверняка! Она отходчи…

Договорить он не успел и уже через мгновение вновь выл на полу, но на этот раз уже громче. А я с прискорбием понимала, что послышавшийся хруст раздался не у меня в воображении, и одними гематомами Игорь не отделается.