Книга Всего одна смерть, чтобы обрести счастье. Книга третья, страница 94 – Марина Орлова

Я поняла, что нужно все это закончить, что я слышу уже слишком личное, что после того, что может произойти‚ возможно, я уже никогда не стану прежней, и Кирт тоже.

Я понимала, что нужно закончить, но сказала другое:

— Я согласна оставить тебя. Я больше никогда не появлюсь в твоей жизни. Клянусь.

То, что происходило в следующий час, я отчаянно изгоняла из своих воспоминаний. Я не желала думать об этом и все равно, словно нарочно, память подкидывала самые отвратительные образы под аккомпанемент моих всхлипов и рычащего голоса полукровки: «Вот так. Ты же любишь пожестче, не так ли, моя госпожа? Получай. Ты же всегда хотела, чтобы тебя трахнули. Так же, как тебя трахали твои мужья. Получай!»

Он не делал больно. Он не принуждал. Он не издевался. Но впервые в своей жизни я поняла, что означает изнасилование. Я чувствовала себя именно так. Мной бездушно воспользовались, вкладывая всю ту ненависть, что копилась в душе полукровки многие годы. Всю ту боль, отчаяние и унижение. Кирт не опустился до рукоприкладства, хотя имел полное право. Но сейчас мне казалось, что лучше бы он меня ударил, чем так...

Когда он кончил, я больше не могла сдержаться, хотя терпела столько, сколько могла, стискивая зубы, воя в подушку и сдерживая тошноту. Я держалась. Я вытерпела все, что он приготовил для той, кого так ненавидел. Я стерпела ту месть, что заслужила графиня. Я смогла. А после, наконец, произнесла заветное слово, заставив полукровку, как подкошенного, упасть на постель, отправляя того в здоровый сон. По словам Криса, когда Кирт проснется, он будет считать, что все происходило во сне.

Я шмыгала носом, рыдала и содрогалась от омерзения, растирая лицо до покраснения кожи. Я стала понимать, что все мои усилия напрасны. После скинула таз с водой, который с грохотом прокатился по каменному полу, разливая мыльную воду. Я плюнула в свое отражение и без сил опустилась на холодный пол, без одежды, спрятав лицо в коленях, тихонько подвывая.

— Иза! Иза, отзовись! — требовал Эльтар. — Иза, я сейчас войду! — предупредил он. А мне было уже все равно. Мне не хотелось ничего и никого. Просто поспать и пожалеть себя.

Дойти до истерики мне не давала мысль, что я поступила правильно. И будь у меня возможность все вернуть, я бы поступила точно так же. Кирту нужно было распрощаться с Салтычихой. Это было необходимо. Меня грело сознание, что я помогла любимому. Так, как могла, но помогла.

Неожиданно стуки в дверь прекратились, как и звук голосов, доносившийся из комнаты. А после я услышала знакомый голос:

— Почему тебе так нравится страдать?

— Что? — растерялась я, нехотя поднимая зареванное лицо на недовольного бога.

Эрис сидел на бортике ванны и недовольно взирал на меня. Зрелище, надо полагать, его не радовало, судя по брезгливому выражению лица. Потому даже не подумала прикрываться. Плевать. Не нравится — пусть не смотрит. Я вообще его не звала. — Зачем ты здесь? — икнув из-за рыданий, спросила я тихо.

— Да вот решил на ужин заскочить и попал на такое забавное зрелище, — с издевкой отозвался он, окидывая меня неприязненным взглядом. После потянулся и кинул в меня простыней. — Прикройся. На тебя жалко смотреть.

— Ну так отвернись, — огрызнулась я, но накинула на себя ткань, чувствуя, как на каменном полу уже становится довольно неприятно. Но вставать было банально лень.