Книга Правила эксплуатации, или Как вернуться домой, страница 8 – Марина Орлова

— Ладно-ладно! — взвыл синерожий. — Идите первыми, только прекрати орать!

— То-то же, — важно шмыгнула я, расправив подол запачканного землей и прелой травой сарафана, и мотнула головой ожидающему Володе на двери: — Ведите, господин Володька, на суд несчастную роженицу!

Демон, до тех пор с искренним интересом взирающий на мое представление, одобрительно усмехнулся, а затем, толкнув синекожего плечом, прошел первым. Я, было, двинулась за ним, но тут меня остановил тихий голос того, кто нехотя уступил нам очередь:

— Слышь, человечка, — обратился он ко мне, воровато оглядываясь и понижая голос. — А что, все роды так проходят? У меня невеста есть, к свадьбе готовимся.

— Нет, конечно, — улыбнулась я, а затем добавила: — Обычно роженицы еще проклинают мужей и во всех подробностях рассказывают, как после родов сделают себя вдовами. А те, кто более стойкий — просто лишат благоверных возможности к новому продолжению рода.

Тот удивился, засомневался, оглянулся на товарищей, и те трое, кто явно имел потомство, мрачно подтвердили, с тяжестью и горестью вздохнув.

Мы не пробыли во Мраке и часа, а несносная ведьма уже умудрилась перевернуть с ног на голову весь храм, в котором предписывалось следовать строгим канонам поведения и сохранять порядок. Оракул очень не любила, когда ее покой что-то прерывает. И еще месяц назад я был бы вынужден следовать правилам поведения, чтобы избежать неудовольствия второй по значимости фигуры во Мраке, после Владыки, разумеется.

Но теперь я — контрабандист, уклонист, махинатор и полный болван, если уж говорить откровенно. Потому и не стал сдерживать Дарину. Подумаешь, наказанием больше, наказанием меньше. То, во что я вляпался, уже вполне хватит на изгнание, а Оракул меня всегда недолюбливала. Хуже не будет.

Толкнул тяжелую дверь и пропустил вперед Дарину. На мгновение растеряв всякую уверенность, она бросила на меня нерешительный взгляд, а затем уже в привычной манере упрямо поджала губы и слегка нахмурилась, смело ступив в просторную и светлую залу, посреди которого стоял каменный постамент, а над ним парила и переливалась голубыми всполохами магическая сфера сияющая ровным белым светом, которая и освещала залу, как ясным дней.

Девушка пораженно раскрыла рот, приложив ладошку к губам, а затем подошла ближе и заворожено замерла, с любопытством и детским восторгом разглядывая магию в своем чистом проявлении.

А я смотрел на нее, замерев сбоку, и вдруг подумал, что стать контрабандистом — не такая уж и страшная вещь. И, вообще, задание я выполнил. Своеобразно, но сопроводил же же Дарину во Мрак? И Оракулу придраться не дам. Темную душу доставил? Доставил. А все остальное — мелочи. Задание исполнил, главный пункт возвращения во Мрак — выполнил. А если станут артачиться, так припомню, что предыдущих демонов, что возвращались от Дарины и вовсе ни с чем — прощали же? А возвращались они с пустыми руками, если не брать в расчет заикание, дергающийся глаз, новые фобии и ворох других душевных расстройств.

— Это и есть Оракул? — не желая отводить взгляд от сияющей сферы, задала Дарина вопрос, на который ответить я не успел.

— Нет, это лишь индикатор. И он подчиняется только Оракулу, — заметил грубый старческий голос. А с другой стороны сферы вышла невысокая, сгорбленная фигура в балахоне.