Книга Давайте разведемся, Ваша Светлость!, страница 122 – Марина Орлова

— Я же поверила вам, когда вы опрокинули бокал на меня, почему бы вам не поверить в мою искренность? Уже не говоря о том, как вы себя вели и что успели наговорить, разумеется, без злого умысла, – выразительно вздернула я бровь и улыбнулась, когда девушка заскрежетала зубами. Ей явно не хотелось, чтобы я озвучила все вышеперечисленное.

— Чтобы то ни было, как ты посмела так себя повести? – вместо Леоноры, поднялась на ноги мадам Фелиция, чтобы встать напротив меня.

— Это всего лишь обоюдная досадная ошибка и ничего больше, матушка, – впервые посмотрела я ей в лицо. Страх вновь закрался в душу, появилась острая потребность опустить взгляд и преклонить голову, но я почти болезненным усилием воли вынудила себя стоять на месте ровно и непоколебимо.

— Думаешь, тебя это оправдывает? – прошипела она. – Я ни в жизнь не поверю, что ты это не специально.

— А почему бы «нет»? – задала я вопрос в свою очередь.

— Немедленно извинись перед леди, – процедила Фелиция сквозь зубы, а мои ноги подкосились. По спине стекал ледяной пот, а в горле образовался ком. Я уже почти подчинилась, но сжала кулаки так, что ногти впились в кожу, и эта боль отрезвила, позволив уверенно произнести:

— Мы уже принесли друг другу слова сожаления, – не уступала я. – Повторятся не вижу смысла.

— Извинись, – наступала она на меня, по привычке запугивая своим авторитетом, но, удивляя даже себя своим упорством, твердо ответила:

— Нет, – холодно смотрела я в лицо свекрови, что нависала надо мной, и заметила, как от гнева перекосило ее лицо.

— Вижу, ты возомнила о себе невесть что, забыв о том, где твое место. Ты подняла руку на ту, чьего мизинца даже не стоишь, – очень тихо прошипела Фелиция. – ты опозорила имя моего сына своим поведением. И за это тебе придется поплатиться. Бешеных собак следует наказывать, чтобы они не забывали своего места, – начала она замахиваться на меня, а я решила, что не позволю ей увидеть мой страх. Не доставлю такого удовольствия напоследок. Потому лишь шире расправила плечи и приготовилась к удару, которого не последовало.

— Матушка, не поведаете, что это вы намеревались сейчас сделать с моей женой? – очень тихо и вкрадчиво спросил Сиэль, который перехватил руку матери прежде, чем та оскандалила меня еще и публичной пощечиной. Выглядел он слегка запыхавшимся, точно бежал сюда.

— Сиэль? – удивилась мадам Фелиция, но быстро взяла себя в руки, обернулась, забрав у сына свою руку. Герцог осмотрел меня, рыдающую Леонору, которая, готова поклясться, еще десять секунд назад со злорадством улыбалась, наблюдая, как велика герцогиня отчитывает меня.

И, несмотря на очевидный перевес сил, муж встал между мной и своей матерью, чем удивил всех присутствующих. Я даже моргнула, точно мне могло померещиться желаемое, но все оказалось реально и меня, точно живой щит, заслонил собой Сиэль.

— Я все еще жду ответа на свой вопрос. Неужели я сейчас едва не стал свидетелем того, как вы намеревались ударить герцогиню?

— Не влезай, Сиэль, ты не знаешь, что учудила твоя жена. Она должна понести наказание за свое невежество, – потребовала свекровище и намеревалась обойти сына, чтобы подобраться ко мне и завершить начатое, но Сиэль сдвинулся, преграждая ей путь, отчего благородные черты лица свекрови искривились.