Книга Туман, страница 42 – Ольга Богатикова

«…до сих пор снится окровавленный снег у каретного сарая…»

Я коротко вздохнула. Похоже, мистическая атмосфера этого места способна влиять на неокрепшие умы приезжих людей. Местные жители к ней привыкли, а вот гостям, попавшим под воздействие тумана и готического холода, начинает мерещиться невесть что. Взять хотя бы меня – узнала о незнакомой семье чуть больше положенного и сразу же стала проводить нелепые параллели.

В самом деле, почему бы Эдуарду Солусу не повторить судьбу своего предка?

Да, они оба любят транспорт, оба остались без родных, оба пережили покушение на свою жизнь. Ну, так что ж? Разве это является чем-то уникальным? Историй, в которых с людьми происходили такие же события, как и с их отцами и дедами, великое множество. В некоторых семьях до сих пор существует поверье, что новорожденных детей нельзя называть именами умерших родственников, чтобы они не повторили их жизненный путь.

Напряжение, не отпускавшее меня весь день, наконец, отступило. Я допила чай и, перекинувшись с бароном еще парой фраз, отправилась в свою спальню.

Заперла дверь, достала из-под подушки дневник Аннабель и, усевшись в кресло, принялась читать.

«Мне страшно. С Эдуардом что-то происходит. Он изменился. Вроде все тот же, а вроде – кто-то чужой.

Эд стал холоден и невозмутим. Конечно, он и раньше не отличался буйным нравом, однако сейчас будто бы взирает на все свысока. На маму больше не шипит, зато бросает в ее сторону такие ледяные презрительные взгляды, что, право, лучше бы бранился или даже кричал.

С отцом Эд тоже не спорит. Едва поправившись, он спокойно всем объявил, что через месяц уедет из Ацера в столицу, и это дело полностью решенное. При этом говорил так, что никто не решился ему возражать.

Потом Эд отправился к господину Воксу и лично расторг договор о помолвке с Мэдэлин. Узнав об этом, папа попытался возмутиться, но Эдуард так на него посмотрел, что отец замолчал на полуслове и тему женитьбы больше не поднимал.

Еще Эд перестал улыбаться и никого не хочет видеть. Доктор Коливебер говорит, что это последствие болезни, и через некоторое время все станет, как прежде. Но мне кажется, как прежде, уже ничего не будет. У Эда теперь другие глаза. Из них пропали огоньки, они пустые и равнодушные, как у куклы. Или как у того гадкого господина, который едва не убил его на заднем дворе «Ориона»».

За окном громко крикнула какая-то птица. Я вздрогнула. Появилось неприятное ощущение, что с улицы за мной кто-то наблюдает.

Встала с кресла и решительно задернула шторы. Потом подумала и взяла с кровати одно из шерстяных одеял – несмотря на то, что я сидела у батареи, мои ноги стали ощутимо подмерзать. Укуталась в теплое полотно и продолжила чтение.

«Теперь я тружусь над своим сборником каждый день. Няня больше не рассказывает мне смешные сказки про храбрых зверей, теперь я прошу ее диктовать истории про вампиров. Моя милая старушка каждый раз искренне этому удивляется. Она не понимает, для чего мне понадобились эти ужасы. Я же считаю, что благодаря этим сказкам смогу лучше понять, что происходит с Эдуардом.

Брат меняется с каждым днем. Его взгляд действительно стал теплее и человечнее, однако я вижу – Эд нарочно пытается сделать его таким. А потом снова превращается в холодную куклу – когда думает, что его никто не видит. Удивительно, но домашние этого не замечают. Мне кажется, расскажи я о своих наблюдениях маме или Антуану, они решат, будто у меня разыгралось воображение.