Книга Туман, страница 53 – Ольга Богатикова

Заметив нас, Эдуард спрятал телефон в карман пальто.

— Добрый вечер, – он вежливо склонил голову. – Я не стал дожидаться твоего звонка, София. Скоро совсем стемнеет, и я решил приехать в Хоску сам.

О!..

Видимо, шлагбаум с проезжей части уже сняли, и Солус увидел, как наша компания направляется к дому госпожи Зариды. Я посмотрела на Руфину. Она казалась строгой и невозмутимой.

— Мне нужно забрать у госпожи Мотти кое-какие бумаги, – сказала я Эдуарду. – Это быстро. Подождешь?

— Конечно, подождет, – ответила за барона старушка, открывая перед нами калитку. – И не на улице, а в доме. Проходите, молодой человек. Становится холодно, нечего на ветру сопли морозить.

Мне отчего-то показалось, что Солус откажется, однако он промолчал. Немного помедлил, а затем шагнул во двор вслед за нами.

— Право, мне очень неловко, – сказал он, когда мы дошли до крыльца. – Будет лучше, если я подожду Софию здесь.

— Ни в коем случае, – покачала головой Зарида. – Прошу вас, проходите в дом.

— Вы уверены? – с улыбкой уточнил барон.

— Конечно, – кивнула женщина.

Эдуард ступил на нижнюю ступеньку крыльца, но путь ему внезапно преградила Руфина Дире.

— Зарида, сегодня Радож, – сказала она, глядя почему-то не на старушку, а на барона. – Надо соблюсти все приличия, которые завещали нам предки. Подайте гостям воды. Как можно войти в этот день в чужой дом, не омыв рук?

Мы с Солусом переглянулись. Госпожа Мотти стрельнула в нашу сторону растерянным взглядом, однако ж юркнула за дверь и вернулась с деревянным ковшиком и маленьким полотенцем, с которыми неделю назад встречала на своем пороге меня. Помнится, согласно местным обычаям, гость должен вымыть на крыльце руки, чтобы оставить за дверью все обиды и злые мысли.

Эдуард опустил ладони в прохладную воду первым, затем его примеру последовали остальные. И если в прошлый раз сей ритуал казался забавным и даже милым, то сейчас, окуная в ковшик и без того замерзшие пальцы, я чувствовала себя ужасно глупо. Учитывая, что в доме гостеприимной бабушки мы пробыли не более пяти минут, обряд омовения и вовсе выглядел нелепо.

Между тем, было в этом коротком действе нечто странное. Нечто, не дававшее мне покоя до самой ночи, заставлявшее мысленно возвращаться к домику старой сказительницы и искать в требовании госпожи Дире логику и скрытый смысл.

И только лежа в постели, я, наконец, поняла, что именно меня зацепило. Эдуард переступил порог Зариды Мотти лишь после того, как хозяйка трижды пригласила его войти…

* * *

Ксерокопии книг баденской библиотеки я читала до глубокой ночи. Поначалу планировала отложить их изучение на потом – день, проведенный на свежем ноябрьском воздухе, здорово меня утомил, но любопытство оказалось сильнее.

Переодевшись ко сну, я открыла папку с бумагами, намереваясь лишь взглянуть на них одним глазком. Бумаг было немного – всего-то девять листов, при этом качество текста оказалось ужасным. То ли оргтехника книгохранилища оставляла желать лучшего, то ли сами издания находились в состоянии полураспада, а только заляпанные чернилами странички дневника маленькой Аннабель были в разы понятнее того, что передала мне пожилая сказительница.

Я неторопливо разбирала плохо пропечатавшийся текст и понимала: мне нужно в баденскую библиотеку. Потому что в ней хранятся сокровища, с которыми надо познакомиться лично.