Книга Туман, страница 76 – Ольга Богатикова

А ведь этот холл недавно отремонтировали. Помнится, барон говорил, что реставрация обошлась в хорошую сумму денег, и чтобы ее получить, ему пришлось серьезно потрудиться.

Сам Эдуард сейчас стоял неподалеку от пострадавшего зверя и внимательно слушал полного краснощекого человека, который что-то говорил, эмоционально размахивая руками. Взор Солуса был ледяным и надменным, а от всей его гибкой прямой фигуры исходили такие волны гневного презрения, что, казалось, их ощущали все, кто находился неподалеку. Уборщицы работали молча и не поднимая головы, а у толстяка, распалявшегося все больше и больше, начали заметно трястись руки.

— Довольно, – вдруг сказал Солус. От звука его голоса мое сердце пропустило удар. В холле тут же стало тихо, и эта тишина резанула по ушам. – Мне неинтересны ваши рассуждения, господин Эккер. Ваши люди некачественно выполнили свою работу, и это принесло замку большие убытки. Теперь их предстоит возместить – вы за свой счет закажете для Ацера новую люстру и ликвидируете следы сегодняшнего происшествия. Или же вернете полученные деньги вместе со стоимостью светильника. Думаю, нет нужды объяснять, что ждет вашу организацию в случае неповиновения, с условиями контракта вы знакомы не хуже меня. И да, я бы на вашем месте выбрал срочную реставрацию.

Толстяк попытался что-то сказать, но Эдуард остановил его движением руки.

— Можете приступать к работе прямо сейчас, господин Эккер. Холл должен быть приведен в порядок к пятнице. На этом все.

Солус небрежно кивнул подрядчику и, развернувшись, скрылся в боковой галерее.

— Хорош, да? – усмехнулась незаметно подошедшая Руфина Дире. – Какая железная уверенность в себе, какое аристократичное высокомерие! И ведь не сказал ничего особенного, даже голос не повысил, а все вокруг трепещут и чувствуют себя ничтожными людишками.

— Да, впечатляет, – пробормотала я.

— Вы его таким не видели, верно? – заметила госпожа Дире. – С вами-то он другой. Мягкий, добрый, заботливый. Как сказочный принц.

Я коротко выдохнула.

— Зачем вы мне это говорите, Руфина?

— За тем, чтобы вы не строили по поводу Солуса иллюзий, София. Он не добрый и не мягкий. Он такой, каким вы видели его сейчас. Безупречно вежливый, но при этом жесткий, холодный, надменный. В сказках такие персонажи обычно считаются злодеями.

У меня внутри начала подниматься волна раздражения.

— Какое вам дело до моих иллюзий, госпожа Дире? И в чем конкретно Эдуард был неправ? Этот человек… Эккер, кажется? Разве не его рабочие виноваты в том, что в Ацере случилось ЧП? Барон всего лишь указал ему на необходимость заново отремонтировать холл.

Руфина покачала головой.

— Не надо его защищать, София. Господин Солус в этом не нуждается. Подумайте лучше, кто защитит вас? Высокомерие – это ерунда, у Эдуарда есть умения пострашнее. Вы умная девушка и наверняка обратили внимание на некоторые странности в поведении нашего уважаемого барона. Я ведь права, София? И при этом вы продолжаете жить рядом с ним и с каждым днем подпускаете его к себе ближе и ближе.

Мне стало не по себе.

— О чем вы, Руфина?

Она несколько секунд пристально смотрела мне в глаза, а потом решительно взяла за локоть и отвела в сторону от открытой двери.

— Сегодня ночью умерла Зарида Мотти, – сверкнув глазами, сообщила госпожа Дире.