Книга Сага о двух хевдингах, страница 131 – Наталья Бутырская

Тогда я попросил Дагну встать против меня. Дар у нее небоевой, рун чуть меньше, чем у Альрика — самое то для испытания, хотя состязаться с бабой в глиме было для меня внове. Поначалу я дрался не в полную силу, отвлекался на колыхание грудей под тонкими рубахами, на плотный женский запах, но, оказавшись жестко вбитым в прибрежный песок, взялся за Дагну всерьез. И уже она летела кубарем, попавшись в хитрый захват. А потом еще и еще. Мои десять рун против ее одиннадцати были сильнее.

Теперь бы понять, это потому что она баба или потому что я получал больше за одну руну, чем прочие. Именно так мне говорили когда-то. Надо будет отыскать десятирунных хельтов в Раудборге и помериться силой с ними.

Тело было легким-легким, но при этом гибким и сильным. Всё время хотелось сделать что-то эдакое: вскарабкаться на высокую гору, переплыть ли море, взять десять баб разом, убить сторхельтову тварь… С трудом я сдерживал свои порывы, и от того рунная сила нет-нет да и пробивалась через привычные скрепы, опаляя ульверов. Чтобы хоть немного успокоиться, я спросил у Альрика, зачем же было строить тот домик? Ради единого раза. Неужто нельзя было обойтись одним лишь присмотром?

— Так принято, — ответил Беззащитный. — И ты сам, когда будешь приглядывать за ульверами, всегда отводи их в отдельный дом, подальше от людей и их глаз. Часто воины ведут себя неприглядно во время перехода, и не стоит позорить их перед другими. Ты хотел убежать, и как бы я потом искал тебя по всему лесу? Потом ты всего лишь разделся, но в том беда невелика. У других бывает и похлеще. Воины помладше могут испугаться и отказаться от перехода в хельты, либо по дурости своей дадут прозвище неуместное, либо уважать перестанут десятирунного.

— А что творят-то, если говоришь, что у меня еще не так плохо было? Надо же мне знать, чего ждать от ульверов!

— Всякое. Разное может почудиться. Рыдают и ползают по полу, будто дите неразумное. Слышал, некоторые себя режут или калечат в безумии. Слышал, что кто-то себя чуть не оскопил.

Я так и замер с открытым ртом.

— Так чего же, — выдавил я, — ты не запретил мне оружие брать? А если бы я вдруг… С даром Скирира ты мог бы и не сладить.

— Потому что у тебя топор не подобран и не украден, а сделан под твою руку и заговорен. Тот кузнец ведь не просто так носит имя «рука Корлеха». Так что он не мог причинить тебе вред, а только пользу. Оно и случилось. Слишком сильный жар был, и без топора ты бы не перенес его так легко.

Лишь к полудню мы собрались и отплыли в город. Куски вылюдского тела Дагна уложила в бочонок, обернув травами для сохранности. Свиньи-то мы не прихватили, чтоб салом залить чешуйчатые хвосты твари. Шли ходко, всем хотелось вернуться под крышу, вымыться в жаркой баньке, поесть вкусного и отпраздновать мою новую руну. Почти две седмицы мы ходили по озеру и выискивали тварь, теперь бы поспать в тепле да проснуться от запахов свежевыпеченного хлеба. Поди, Хотевит распродал наш товар, и скоро мы разложим серебро по долям, пройдемся по щедрому Раудборгскому базару и выберем гостинцев родне. Я возьму сразу пяток пар сапогов, и это только себе, еще нужно для жены, матери, отца, Ингрид. А если здешние умельцы и крохотные сапожки сумеют стачать, так и брату с сыном тоже. Оружие здесь стоит дороже, чем на Северных островах, рабы тоже, зато меха отличные. А еще свечи…