Книга Сага о двух хевдингах, страница 75 – Наталья Бутырская

Это лес. И это их лес! Стену щитов не выстроить, врага издали не увидеть. Зато мы сильнее. И мы, Бездна их задери, злы!

Я первым перемахнул через ограду и бросился к первому же мелькнувшему рунной силой. Щит наверх, и несколько стрел впились в толстое дерево, пробив его. Взмах рукой, чтоб обломать древки о ближайшее дерево, прыжок, и мое копье пронзило первого друлинга, не успевшего вовремя отбежать с остальными.

Возглас Коршуна, и стрелы Стейна полетели куда-то в крону дерева. Чужое копье вонзилось в землю перед отпрянувшим Тулле. Одноглазый тут же швырнул свое копье и вытащил друлингово. Послышался болезненный вскрик.

Больше я никого не ощущал, но Коршун чуял дальше и указал, куда удрали друлинги. Тогда я часть ульверов отправил в обход слева, часть — направо, а сам с Коршуном, Тулле и Простодушным пошел напрямик. Даже если нас заманивают в ловушку, мы как-нибудь справимся.

Сарап вполголоса подсказывал, где ближайшие противники, и мы держались настороже, готовые прикрыться щитами.

— Стой!

Тулле протянул руку, перегораживая нам путь.

— Тут что-то… сюда тянутся нити.

Я с силой ударил тупой стороной копья оземь впереди себя. Послышался глухой стук. Яма? Еще один удар, и дерновой настил провалился. А ведь по нему будто даже тропинка проходила. Экие умельцы!

Мне уже изрядно надоело ползти по лесу, не видя ни врага, ни его пяток. Трусливые друлинги! Раз уж хватило наглости запереть хирд, так найди храбрость встретить его лицом к лицу! Я не понимал, зачем было тревожить наш лагерь, зачем ждать неведомо чего. Когда поняли, что мы не слабые торговцы, подняли бы бревно и выпустили нас.

Или… Может, они потому и дергали нас едва-едва? В такую бурю бревно не откинешь, да и мы не могли уйти, пока море беснуется. Может, друлинги попросту хотели, чтоб мы знали, что незваные тут, и как стихнет непогода, чтоб убирались поскорее?

Как же это непросто — угадывать думы других людей!

— Сзади хускарлы, — сказал Коршун.

— Да хоть бы уже напали! — воскликнул я.

Тулле положил руку мне на плечо, даже через кольчугу и плащ я почувствовал жар, а потом толчок, будто меня крепко встряхнули. И мир тут же окрасился в тускло-синий цвет с зелеными прожилками. Некоторые из них проходили через меня, как только я потянулся к их концам, как почуял ульверов. И пробудился дар.

Тулле убрал руку, но я уже крепко держал стаю. Мечущийся огонь Альрика пугал черными пятнами, но страха или ража битвы там не было. На кораблях всё спокойно. Отделившиеся хирдманы понемногу сходились с краев, кто-то попал в ловушки, но серьезных ранений я не ощущал. И через ульверов я словно слышал весь лес, всех рунных, что были в округе. И Рысь. Он был жив. Ему больно, но не страшно. И он где-то на юге.

— Убить всех, — сказал я и первым побежал к тем друлингам, что ощутил через Коршуна.

Все подозрительные места я перескакивал на бегу, шел не еле заметными тропинками, а проламывался через кусты и бурелом и наконец нагнал троих. Все мужи в зимах, в броне и с добрым оружием, но рунами низковаты. Я сразу же метнул в ближайшего копье, тот увернулся, а вот хускарла позади него оцарапало. Я выхватил топор и прыгнул на первого. Сзади уже показались мои ребята. Простодушный пошел к раненому, Тулле пристроился за моим плечом и помогал копьем, Коршун же занялся третьим.