Книга Сага о Кае Лютом, страница 122 – Наталья Бутырская

— Когда все сольют два истока, что будет тогда? — спросил другой.

— Будем биться с другими тварями, посильнее. Вроде тех, что были на кабаньем острове, — видя их сомнения, я добавил: — Тем, кто решит уйти, я дам по десять марок серебра. И никаких обид меж нами не будет.

Один живич выступил вперед, глядя мимо меня.

— Хальфсен, дай ему обещанную плату.

Увидев, как толмач отсыпает серебро, поднялся второй живич и тоже получил свою долю. Я знал, что даю им намного больше, чем они заслуживали. Но они всё же шли за мной какое-то время, не бузили, честно исполняли, что велено. И мне легче — не придется тянуть шестирунных аж до хельта.

— Кто ещё?

Я обвёл взглядом оставшихся и уже хотел уйти, как поднялся еще один живич. Пожалуй, единственный, кого бы я не хотел отпускать: Гарма, что умеет видеть скрытое под водой.

— Я сказать, что… — он запнулся и перешёл на живичский, а Агний поспешил пересказать его слова мне. — Хочу сказать, что наши отцы неправы. Сколько зим видел Кай? Меньше двух десятков, а он уже хельт. Я слышал о шестирунном мальце-хёвдинге. Борода еще не выросла, а он — хускарл! Мы хуже здешних мальчишек! Нам не было места в семье, раз мы получили негодящий дар, но мы и здесь оказались негодны, раз боимся. У нас и бога для воинов нету.

Намешал он, конечно, всякого. Что хотел сказать?

— Потому я хочу перейти к богу северян. Он помогает тем, кто сражается с тварями.

Вот это было верно! Как живичи вообще не вымерли без бога-воина? И ведь у них больше десятка всяких богов: есть для воды, есть для огня, есть для лесов, полей и домов, а того, кто приглядывает за воинами — нет. Хотя Фомрир помогает лишь тем, кто сам по себе неплох, на жевателей угля он вряд ли взглянет.

Сразу после этого я нашел Херлифа и запретил ему трогать живичей:

— Буду держать их в стае, пока не уйдут из Хандельсби. И если что… Да и незачем уже. К зиме мы станем настолько сильны, что никакие живичи не будут страшны.

— Как скажешь, хёвдинг, — только и ответил Простодушный.

Я не стал затягивать с отплытием, и уже на следующее утро мы пошли к кораблям, оставляя в Хандельсби Болли и других раненых. Хвала богам, у Видарссона и Рыси всё было не так плохо, и они уже окрепли.

На пристани нас уже ждал ярл Гейр. Один. Без своих хельтов и почти сторхельта. Зато с копьем, мечом, щитом и броней. Я не стал ничего спрашивать, лишь негромко сказал, проходя мимо:

— Помни, кто тут хёвдинг.

Хотя, если подумать, что я мог ему сделать? Он сторхельт, при том далеко не на пятнадцатой руне, а у меня всего лишь двенадцатая. Гейр может прихлопнуть меня как муху в любой момент. Каким бы безумным ярл ни был, он отличается от тупых измененных, что лишь сильны и быстры под стать руне, но толком не помнят ни воинских ухваток, ни боевых хитростей.

До Птичьего острова мы добрались быстро, всего с двумя ночными привалами, но приставать не спешили. Коршун почуял морскую тварь, болтающуюся у побережья, потому мы пошли вокруг острова. Возле брошенной рыбацкой деревеньки крутилась другая морская тварь, мы ее, конечно, не видели, но руны отличались от первой. Пришлось пройти еще немного, прежде чем нашли подходящее место, где нет Бездновых отродий. На всякий случай мы шли медленно, прощупывая воду перед собой веслом.