Онлайн книга «Сага о Кае Лютом»
|
— А что за дар-то? — Стая! — просто ответил я. И тут Трехрукий Стейн ахнул, хлопнул себя по лбу и что-то яростно зашептал Болли. — Мы станем волками? — удивился Агний. — Нет. Мы станем чем-то большим, чем просто хирд воинов. А впрочем, чего таить? Когда я был хускарлом, то не мог пробуждать свой дар в любой момент. Нужны были битва, злость, стена щитов. Видать, тогда я и привык, что в стаю можно звать лишь во время боя. Но ведь я могу сделать это и сейчас! К тому же не для баловства, а на пользу хирда. Даже Тулле не за что меня укорить. Я мягко потянулся к огням, что тихо мерцали внутри меня. Нащупал и новые, едва видные, опалил их своим даром и вобрал в стаю. Живичи повскакивали с лавок, ошарашенные новыми чувствами. Псы заворчали, ощутив это второй раз в жизни, у некоторых выступили слёзы. Клетусовцы замерли, прикрыв глаза, скорее всего, проверяли свои новые умения, что проявлялись лишь в стае. Дагейд и львята отскочили от стола и пробовали свою силу: кто сминал пальцами лезвие ножа, кто кувыркался в воздухе. Болли повернулся к Стейну, тот повернулся ему навстречу… О да, странно и чудно ощущать мир не только через себя, но и через собрата, через всех собратьев, даже через тех, что сейчас далеко от нас. — Мы стая, — негромко сказал я. — И нет никого сильнее нас! * * * 1 Месяц Фольси — с 21.04 по 20.05. Глава 6 Возвращались в Смоленец мы уже на конякских лошадках. Хватило не всем, но не все умели и хотели ехать верхом. Болли, к примеру, отказался, сказал, что устанет делать свое тело легким гораздо быстрее, чем идти. Трёхрукий тоже отмахнулся. Одинца мы прихватили с собой. Теперь я понимал, что княгине ссориться с нами не с руки, так что никаких препятствий или обид она чинить не станет. Если уж в небольшой городок в стороне от крупных рек и торговых путей пришли три сотни воинов, то сколько же коняков нынче там, где стоит князь? Я и чисел таких не знал. Но Одинца всё же забрал. Мало ли как бабский ум вывернет? Вдруг вздумает угрожать сожжением моих кораблей, если я не пойду на подмогу к ейному мужу? Я оглянулся на свой хирд и снова подавил желание пробудить стаю. Теперь оно горело пуще прежнего. Вроде терпеть и не сложно, но в то же время невыносимо. Когда я в Бриттланде сломал себе руку, и Орсова женщина обмотала ее тряпицами с мазью, кожа под повязкой сильно чесалась. Настолько сильно, что мне постоянно хотелось засунуть нож под тряпки и как следует поскоблить там. Вот и сейчас было что-то похожее. Если бы не слова Тулле о том, что это мой собственный бой, и если я поддамся, то дар возьмет надо мной верх, я бы давно сдался. Также я знал, что и хирдманам нравится быть в стае, кому-то из-за небывалой силы, кому-то из-за единения с другими. Но им терпеть проще, ведь это зависело от меня, а не от них. После того собрания все новые хирдманы притихли. Обычно-то случались и ссоры, и драки, которые вроде как для обучения, а на деле — для того, чтоб узнать, кто сильнее. А тут как отрезало. И ни единого насмешливого или пытливого взгляда на меня. Только уважение и затаенный страх. Забавно, что после боя, где псы и львята впервые ощутили мой дар, такого не было. В пылу сражений не все прочувствовали стаю в полной мере. Ну силы прибавилось, ну видеть стал во все стороны разом, ну соратников чувствовал как самого себя. Порой такое случается. Я и сам когда-то не сразу понял, что у меня появился дар. А вот ощутить это просто так, безо всякого боя… |