Онлайн книга «Сага о Кае Лютом»
|
Когда я спустился вниз, почти все ульверы были там. Трудюр сейчас заново обыскивал дом, один из людей Хундра лежал с пробитой головой, его как раз и подловили на девке. Впрочем, помереть вроде не должен, вскоре под даром Дударя очухается. — Красимир? — Не нашли, — откликнулся Эгиль. — Может, купцы набрехали? Предупредили его? — Рысь? — я холодно глянул на Леофсуна. — Я весь день был у купцов. Не отпускали меня, боялись, что сбегу. Как бы ни хотелось поскорее заглянуть к Жирным и потрясти за бороду обокравшего меня деда, сначала надо было убрать самую большую угрозу. — Идем к Мостовым воротам. Рысь, приведи туда того живича, который поговорить хотел. И учти, если купцы обманут, ответ будешь держать ты. Леофсун безо всякого страха кивнул и исчез во тьме улочек. — Агний, оставь тут человек пять. Хундр — и двое твоих. Дударь, ты за старшего. Бьярне хотел что-то возразить, но, глянув на меня в свете факелов, передумал. Я не наказывал его, а хотел сберечь. Он уже хельт, руны ему сейчас не особо нужны, а дар работает и тогда, когда Дударя рядом нет. К тому же он не глуп и сообразит, что надо делать, если вдруг появится враг. Не оставлять же за старшего Квигульва? И мы двинули к Мостовым воротам. Я вовсю бранил себя за глупость. Не надо было крутиться там днем, сейчас бы поймали князя прямо в кровати вместе с той девкой и уже шли бы дальше. А на стенах дружинники в броне, с оружием и настороже. Да, изнутри стены брать легче, чем снаружи, да вот только стрелкам не нужно много времени, чтоб развернуть луки в обратную сторону. Я остановился поодаль, укрывшись в тенях ограды какого-то дома, и смотрел на ярко освещенные ворота. На стенах, понятно, было темно, чтоб лучники могли хоть что-то видеть с той стороны, а вот внизу горели огни в жаровнях, дружинники ходили с факелами. Князя я что-то не видел. Позади хищно затаилась стая, готовая прыгнуть в любой момент. Хускарлы пока держались неплохо, знать, прислушались к мне и Тулле, не стали излишне усердствовать. Зато, коли что, они могли сотворить такое, чего никак нельзя ожидать от хускарла, и это, возможно, спасет кому-то жизнь. Рысь всё не шел. Я слышал, как он бегает где-то там, но не более. Нашел ли он того живича не нашел… Да плевать! Всё равно с княжьей дружиной надо сладить. Вперед! Тишину ночного города пронзил многоголосый волчий вой: — Ауууу! И в освещенный полукруг ворвались оскаленные волчьи морды. — Ауууу! Слету топор снес чью-то голову. Я оттолкнулся от падающего тела и прыгнул к следующему. — Ауууу! Лязг железа! Крики! Скрежет меча по шлему! — Ауууу! Многоголовое, многолапое, острозубое… Оно вгрызалось в кольчуги, ломало мечи, карабкалось по стенам, сшибало с них добычу. — Ауууу! Вспышки благодати смешивались со вспышками боли, и от этого стая лишь крепчала, свирепела и рвала врагов яростнее. Я со стрелой в плече с рыком рубил чью-то руку. Я пронзил копьем хускарла, вздернул его к небу и швырнул в жаровню. Искры красиво взметнулись и осыпались на деревянный настил. Я размозжил чей-то шлем вместе с головой своей булавой с шипами. Я ловко поднырнул под замах и вогнал нож под кольчугу, прямо в пах. Я отлетел в сторону, разбрызгивая слюну, кровь и зубы. Я… был всеми, и все были мной. Лишь резанувшая по сердцу потеря привела меня в разум. Кто-то погиб. Кто-то из моих хирдманов. Теперь я не знал все огни по именам, как прежде, только тех, кто в хирде давно. А болело ничуть не меньше. |