Книга Опороченная истинная Дракона. Заброшенное поместье попаданки, страница 1 – Анна Кривенко

— Распутная, — голос был спокоен, ясен, как протяжный звон клинка, — лживая, продажная тварь! Ты запятнала клятву и выставила на посмешище мое имя!!!

Я моргнула, пытаясь сфокусироваться, но пространство всё ещё плыло, а дыхание казалось чужим. Передо мной стоял незнакомец — почти невозможный в своей красоте. Высокий, золотой, будто выточенный из света и холода. Его длинные светлые волосы касались плеч и мягко колыхаясь, как шелк на сквозняке. Глаза — бледные, льдистые, без единой теплой искры. В них отражалась ярость, обещавшая сжечь меня до тла.

Он был молчаливой бурей, заключённой в тело безупречно прекрасного мужчины, и каждое слово, которое он произносил, казалось мне окончательным приговором.

— Ты продавалась одному за другим. Рогрен. Фильдар. Даже с этим ничтожеством — Тирисом — спала! Я кого-то забыл? — его голос стал чуть тише, но только от этого зазвучал только опаснее.

Названные имена не отзывались в памяти. Я судорожно пыталась зацепиться за хоть что-то: за образы, воспоминания, ощущения — но в голове было пусто. Словно внутри меня кто-то всё начисто выжег, оставив только обугленные края чужих страхов и прерывистое, сбитое дыхание.

Я попыталась заговорить. Сказать, что он ошибается. Что я не та, кого он видит. Что я понятия не имею, о ком он говорит и что здесь происходит. Но, открыв рот, не произнесла ни звука. Словно тонкая, незаметная плёнка из боли и чужой воли лежала на моих связках, мешая даже вдохнуть как следует. Голос мне не принадлежал…

Молодой человек шагнул ближе, и я невольно отшатнулась. В его движениях была сила, отточенность и уверенность хищника, что идёт на добычу не ради охоты, а ради наказания. Порыв холодного ветра, ворвавшийся в распахнутое окно, ударил в лицо, когда он замер совсем рядом.

— Отвечай же! Или продолжишь строить из себя невинную овцу???

Я ощущала запах его кожи — лёгкий, острый, как аромат хвои или металла под дождём. Блондин потянулся ко мне рукой, и тело инстинктивно заледенело. Та, кому принадлежало это чужое тело, ужасно боялась этого незнакомца. До обморока, до беспамятства, до судорог…

Но я всё ещё была собой. Где-то внутри царствовала я и только я. Поэтому, когда его пальцы коснулись моего плеча, я резко отшатнулась и ударила его ногой по голени.

С таким же успехом я могла бы ударить скалу — заныли пальцы, но блондин вздрогнул, значит тоже почувствовал боль. Но он вздрогнул. В его синих, как морская гладь, глазах мелькнула искра удивления: мол, как я посмела?

Он повернул голову в сторону и гаркнул кому-то у дверей:

— Выведите её. Немедленно!

В поле зрения появились двое. Один — широкоплечий, с чертами воина и холодными, беспощадными глазами. Второй — молчаливый, смуглый и отчаянно похожий на тень. Их руки сомкнулись на моих плечах, грубо, без сочувствия, как на ненужной вещи, и поволокли меня прочь.

Я не сопротивлялась. В теле не осталось сил. В голове — ни одного объяснения.

Коридоры были узкие, гулкие, из выложенного тёплого камня, пахнущие пылью, ладаном и чем-то ещё — чуждым, пугающим. Меня тащили мимо залов, арок, склепов с витражами, на которых были изображены то ли драконы, то ли люди с крыльями. Всё это казалось ненастоящим…

Меня втолкнули в комнату, щёлкнул замок, и всё, что осталось для обзора воспалённых глаз — слабый свет из-за решётчатого окна.