Книга Хранитель талисманов 1, страница 85 – Юлия Давыдова

Вурда только отмахнулся от них. Оборотни откатили пустой бочонок в угол и полезли на самую высокую гору сена под потолок. Они уж успели и задремать, когда вдруг громко засмеялся Лютик:

— А ты откуда, сыночек?

Перед сеновалом стоял Владимир, закутанный в одеяло поверх светлой широкой рубахи, и держал перед лицом свечу. Он-то в темноте не видел. Ставрос, которому свет падал в глаза, пробурчал:

— Князь, туши.

— Ну, закрой зеньки-то, — усмехнулся Владимир.

Ворлак фыркнул, дунул на огонёк, который тут же погас, но через секунду зарычал:

— Владимир!

Тот полез вслепую и наступил ему на нос.

— Зачем свет потушил? Вот терпи! — съязвил князь.

— Да лезь уже!

Лютик отодвинулся, дав Владимиру место рядом с хранителем.

— Ты как от матушки сбежал? — тихо смеялись оборотни.

— А она не знает, что я здесь, а то бы не пустила, — князь не обратил внимания на смех, не в первый раз ему матушку припоминали.

— А чего в спальне не спится? — насмешливо спросил Лютик. — Кровать, перина, подушки.

— Кто бы говорил, — буркнул Владимир. — Сам-то чего не идёшь на перину и подушки?

Князь устроился на сене и взглянул на Велехова.

— Как самочувствие? — спросил тот.

— Тело поправится, — Владимир опустил взгляд на широкую повязку на своей груди, которую было видно в разрезе рубахи, — но на душе темно.

— Из-за Бунатора, — понял Никита.

— Да, — кивнул князь. — Я отправил туда отряд, чтобы собрали тела и привезли их домой. А вечером говорил с родными и очень хотел показать им тебя. Сказать, что жизни их сыновей и мужей отданы не напрасно.

Владимир тяжело вздохнул:

— Но я не могу, пока не разрешат берегини, а значит, их горю нет предела.

— Сколько тебе лет? — Никита внимательно разглядывал молодое лицо князя.

— Двадцать, — невозмутимо ответил тот. — А что?

— Мне двадцать семь, — Велехов задумался, — но ты старше меня. Ты был бы хорошим хранителем.

— Что? — Владимир даже приподнялся на локтях, удивлённо глядя на белого волка.

Остальные оборотни не мешали разговору, и Вурда, прикрыв глаза, слушал Никиту молча.

— Для тебя всё ясно, как дневной свет, — Велехов ощутил лёгкую горечь от собственных слов, — кто враг, кто друг, за что нужно бороться. А я так и не понял до конца, что мне делать и зачем. За спиной у меня пустота, впереди неизвестность, а по бокам угроза и боль. Ты бы стал хорошим хранителем, если бы так тебя окружили? Может, и пытаться не стоит?

В прозрачной темноте Никита видел выражение лица молодого князя. Его удивление сменилось на недоверие услышанным словам, потом на понимание и внезапно… на уверенность.

— Ты несёшь талисман, важность которого не сравнится ни с чем из того, что я знаю, — горячо прошептал Владимир. — Я верю тебе и отдам жизнь за тебя. Как и все. Помни об этом, когда будешь решать, зачем тебе быть хранителем.

Велехов молчал, не зная, что сказать в ответ на это, а князь лёг и закрыл глаза.

— Всему своё время, — произнёс он. — Сейчас как раз надо поспать.

Владимир закутался в одеяло и задремал, оставив белого волка наедине со своими мыслями. Вурда и остальные тоже не стали отвлекать хранителя. Правильно он переживает: нелегка его ноша. Нужно для себя понять сможешь ли её донести.

Никита лежал ещё некоторое время, слушая тишину. Но пьяная голова всё же требовала отдыха, и наконец, не заметив как, он уснул.