Книга Хранитель талисманов 3, страница 76 – Юлия Давыдова

— Да, заглянула в твой сон, — Арнава с тревогой вздохнула.

Велехов покачал головой.

— Верховная госпожа приказала. Никита, я ослушаться её...

— Права не имеешь, — закончил её слова Велехов.

Он взял руку Арнавы и отнял от себя.

— Никита... — берегиня испугалась, что мужа обидела, но он только сжал её ладони в своих.

— Знаю, — произнёс Велехов. — Так что видела в моём сне? Только тьму?

Берегиня кивнула. Заглянуть в сон она успела всего на последних секундах, когда будила, но если бы сон был, то увидела бы хоть что-то. А в сознании Никиты царил лишь густой мрак.

— Что-то видел ты? — спросила она.

— Нет, — покачал головой Велехов. — Почему Гинева разбудить меня велела?

— Не сказала, — ответила Арнава.

Вурда, слушая разговор, хмурился. Потом взглянул на свой медальон и нажал пальцами на символы.

— Погодите, спрошу, — произнёс он.

Но едва связь установилась с Брадой, как ворлак удивлённо вскинул бровь. И прослушав, что ему жена сказала, руку разжал.

— О как, — произнёс он.

— Что там у них? — спросил Иван.

— Ну... — Вурда усмехнулся, — послали меня только что подальше.

— А сказала что? — уточнил князь.

— Что некогда со мной говорить, — покачал головой ворлак. — В храме они, что-то там у них случилось.

Никита поднёс к своим губам ладони Арнавы, поцеловал их и потянул жену к себе.

— Не волнуйся, — сказал он, — за то, что сон посмотрела. Я же сам об этом просил.

— Всё равно, прости, — берегиня прильнула к нему и Велехов забрал её в объятия.

Так хорошо было обнимать любимую, и он совсем не тревожился из-за того, что в храме берегинь что-то случилось. Потому что в отличие от остальных оборотней и князя, которые напряжённо думали о том, что за странный вызов Гиневы и что там стряслось, Никита точно знал, чем обеспокоены берегини.

В сознании Велехова сливались два пространства. Это реальное — степное поле Триярии, в котором он всем телом чувствовал жену в тесных объятиях, и мир тёмного сна, в котором прямо сейчас Скарад стоял над ним. Улыбка дракона-оборотня была довольной и бирюзовые глаза весело щурились. Он поднёс палец к губам и шепнул:

— Тсс...

Никита молчал, глядя на него. Молчал и когда фигура Скарада растаяла во тьме.

— Я с тобой останусь, — прошептала Арнава, сомкнув руки вокруг груди мужа.

Иван кивнул, поднимаясь:

— Это правильно, мало ли... Сейчас одеяло принесу.

Вурда успокоил любопытство Димки и Турана, сказав, что берегини разберутся, и поскольку ночь ещё идёт, можно ещё чуток отдохнуть. Рир отправился обратно в палатку к Дардане. Та, конечно, тоже проснулась и теперь выглядывала из-за полога, в ожидании возвращения оборотня.

Арнава легла на расстеленном одеяле с Никитой под удивлённые взгляды охранников каравана. Они посмеялись, показывая на парочку у костра — юноша слуга и один из бойцов, но Велехов, обернувшись в их сторону, взглянул исподлобья и этим смех прекратил. А потом попросил жену навести на него сонный приказ, чтобы снов не видеть. Арнава сделала это, но когда Никита уснул в её объятиях, всё равно продолжала заходить в его сознание. Во сне хранителя по-прежнему стоял густой мрак.

Девушка не могла унять тревогу и ждала, что Гинева или Брада свяжутся с ней и хоть что-то скажут. Но старшие берегини молчали.

На горизонте уже светлело небо, когда Арнава, наконец, задремала. Димка и Туран давно сопели в два носа, как и Вурда. Иван тоже уснул в палатке. Только Рир в эту ночь больше не отдохнул. Когда он вернулся к Дардане, та зажгла свечу и спросила что случилось. Но оборотень покачал головой: