Книга Хранитель талисманов 3, страница 75 – Юлия Давыдова

На улице, куда смотрела Арнава, Никита лежал у догорающего костра вместе с оборотнями. И сон хранителя был спокойным. Он растянулся в полный рост на животе, удобно устроив голову на руки, и спокойно дышал.

— Разбуди его немедленно! — громкий приказ Гиневы заставил Арнаву выскочить из палатки и бежать к мужу со всех ног.

Упав рядом, она схватила его за плечи и встряхнула:

— Никита, проснись!

В это время в его сне, на поле, Скарад отпустил руку хранителя.

— Ничего, Никита, в следующий раз у нас всё получится, — произнёс он.

Талисман крепко держало в храме заклятие «ловца», и судя по его резко возросшей силе, старшие берегини подключились к защите медальона. Сейчас его не призвать.

Велехов смотрел на дракона-оборотня, испытывая странные чувства.

— Ты мой враг, — произнёс он.

Скарад покачал головой:

— Разве, Никита? Я был им. Но ты победил. Ты убил меня. Наша с тобой война закончилась. Ни к чему нам теперь враждовать. Я этого не хочу.

— Тогда что тебе надо? — спросил Велехов. — Зачем тебе мой медальон?

Он смотрел в глаза повелителя и поэтому не чувствовал и не видел, как проявляются на его собственном теле символы заклинаний. Тонкие линии прочерчивались, оборачиваясь вокруг рук и ног, обтекали цепочками знаков грудь и живот.

Скарад улыбнулся, снова обнажив жемчужные клыки в улыбке, и ответил на вопрос:

— Никита, талисман нужен тебе. Очень скоро ты увидишь...

Повелитель внезапно замолчал и прислушался, а потом засмеялся:

— Твоя любимая жена рядом. Не надо бы ей знать о нас.

Скарад внезапно шагнул к Велехову. Тот не успел отступить, и ладонь повелителя легла на его глаза.

— Спи во Мраке, хранитель, — прошептал Скарад, и всё перед взором Никиты окутала густая тьма.

Ещё мгновения и она рассеялась, а Велехов проснулся под голос Арнавы:

— Ну же, Никита, проснись!

Берегиня подняла его и развернула к себе лицом, взволнованно посмотрела в глаза.

— Что? — произнёс Никита. — Что случилось?

Вокруг проснулись все. Димка, Туран и Вурда вскочили ещё, когда Арнава промчалась мимо них и упала перед Никитой. Иван выбежал следом за ней и сейчас сидел рядом на корточках. Рир, услышав шум на улице, тоже покинул палатку и подошёл к оборотням под взглядами охранников каравана. Привлечённые происходящим, они смотрели на неожиданное ночное собрание у костра. Видели, как выбежал юноша слуга из палатки и схватился обнимать одного из воинов-иллирийцев, что-то ему говоря, чем всех и разбудил.

Арнава, держа Никиту за плечо одной рукой, другой сжала свой медальон.

— Разбудила, — сказала она. — Что случилось, госпожа?

В храме берегини напряжённо смотрели за тем, как успокаивается дрожь медальона, и он плавно опускается обратно в саркофаг. Волнение в нитях магии прекратилось. Призыв талисмана заглох и даже эха не осталось.

— Арнава, что видела в его сне? — резко спросила Гинева.

— Ничего, госпожа, не было, — ответила Арнава. — Сон без сновидений, только темнота.

Велехов, услышав это, нахмурился.

— Уверена? — напряжённо переспросила Гинева. — И ни одной вспышки не заметила? Ни одного образа?

— Ничего не было, — подтвердила Арнава.

— Ладно... — Гинева задумалась, но отпустила младшую берегиню, приказав: — За хранителем следи!

— Да, госпожа, — ответила Арнава и её медальон погас.

Все вокруг с интересом смотрели на берегиню. Особенно Никита.