Книга Нэнси: искушенный ангел, страница 26 – Shy Hyde

— Нет, — тихо сказала Нэнси.

— Что? — Люсьен подошёл ближе.

— Что если я скажу «нет»? — уже более уверенно повторила девушка, разделяя слова.

...

Блондин, наклонившись, заглянул ей в глаза.

— Я запуталась. Я не знаю, действительно ли хочу оставить это всё. Я не знаю, Люсьен.

Он выпрямился.

— А я знаю. Даже если наш договор потеряет силу, то очень скоро ты всё равно попадешь ко мне. То есть в Ад. Ведь ты уже сказала мне «да». Это значит, что договор уже заключён. Твоё согласие — это точка невозврата, Нэнси Уотлинг. Точка невозврата к Раю. Точка, после которой твоя участь — только Ад. Но именно сейчас решается, что там тебя ждёт: страдание души после мучительной смерти или вечная жизнь без боли и старости.

— Но ведь я всё ещё могу сказать тебе «нет», — Нэнси встала ему навстречу.

Она грозно смотрела ему в глаза. Он был спокоен и, казалось, равнодушен.

— Не скажешь, — наконец уверенно произнёс Люсьен.

— Почему?

— Ты слишком любишь своего Фрэнка, своих родителей. Ведь ты не видела свою мать уже восемь лет. Я знаю, что тебя мучает. Один вопрос. Один единственный вопрос к ней. И моё предложение для тебя реальный шанс узнать всё, что ты хочешь. И ты скучаешь. Скучаешь по матери, по отцу. Даже по своей ненормальной тётушке. Страдаешь от потери любимого. А на что ты готова ради встречи с ними? Страдать можно бесконечно. Но вместо этого ты можешь сделать решающий шаг. Шаг навстречу. Я не ревнив и я не против того, чтобы ты встречалась с Фрэнком Марлоу и на том свете, — он помолчал, затем продолжил. — Конечно, ты имеешь право на отказ. Ты можешь всё, кроме одного — ты не можешь избежать смерти. Ты всё ещё простая смертная. И чем дольше ты будешь думать, тем у тебя меньше шансов на встречу со своими близкими. Единственный выход — пойти со мной туда, где смерти нет совсем. Решай, что тебе важнее — жить? Нет, существовать в страхе и одиночестве. Или, вопреки здравому смыслу, увидеться с теми, кто любил тебя, и кого любила ты, но кого уже нет в земной жизни. И кроме того… ты никогда не умрёшь и будешь вечно жить без этих ваших… земных физиологических особенностей… ну ты поняла. И навеки забудешь, как раненой птицей бьётся боль в твоём левом виске, — его изящные белые пальцы коснулись головы Нэнси.

По её телу разлилось блаженство. В голове стало так ясно. Так понятно. Ведь всё так просто. Как она могла сомневаться? Как могла не увидеть этого простого решения?

— Я согласна, — вдруг решительно произнесла Нэнси.

— Это окончательное решение? Ты хорошо подумала?

— Да. Я готова идти за тобой хоть на край света и даже дальше, если слова твои — правда.

— Чистейшая, — промурлыкал Люсьен и попробовал снять с её пальца обручальное кольцо.

Но девушка сжала кулак и отдёрнула руку.

— Постой. Я сама. К тому же я решила взять другую вещь. Я сейчас, — сказала она и, подняв с пола предложенную Люсьеном одежду, направилась к лестнице на второй этаж.

В своей спальне Нэнси переоделась, оставив земную одежду на кровати. Подойдя к зеркалу, она увидела своё отражение в тёмно-красном слегка приталенном балахоне из легкой, почти невесомой струящейся ткани. Тут же, на комоде, стояла резная деревянная шкатулка. На её дне Нэнси нашла свой старый серебряный крестик на тесёмочке, который ей надевали при крещении. «Я выполню обещание», — прошептала она, прижав его к груди. Затем сняла кольцо, поднесла к губам и со словами: «Я люблю тебя, Фрэнк. Я скоро приду к тебе», — положила в шкатулку.