Книга Шаманка поневоле, страница 8 – Shy Hyde

Пока преподаватель — тот самый, рыжий — что-то чертит на вполне привычной мне доске, лезу в сумку за телефоном. Ничего нового, связи нет. Но все три новых сообщения я прочитать смогла. "Спокойной ночи, милая", — от Кольки, "Что приготовить на ужин?" — от мамы и "Уже можно поздравлять?" — от отца. Отвечаю Кольке: "Люблю". Сообщение не уходит. Кидаю телефон обратно в сумку. Начинается урок. Мы чертим схемы и формулы, а потом мастерим ловцов снов. Ничего глупее в жизни не делала.

На перерыве бродим по застеклённой галерее, окна которой выходят во внутренний дворик. Небо прояснилось, и я вижу... очертание стометрового небоскрёба КАТЭКНИИуголь. Но не в современном его виде — под непроницаемым стеклом и с подсветкой, но и не совсем похожим на привычный недострой. Да, вертолётная площадка на месте, но там на вершине — статуя то ли горгульи, то ли дракона. И когда успели поставить? Я ведь, когда подъезжала, спала и не видела. Балконы, опоясывающие здание, застеклены. Как же хочется рассмотреть! Прохожу левее, чтобы улучшить обзор. О! А вот и выход в город. Да, тут так и написано на табличке. Вот и дверь. Ура! Здравствуй, мама, я домой. Пока, ПТУ. Дёргаю ручку, а меня за ручку тоже кто-то дёргает, не давая выйти.

— Нельзя, — приятный голос, и это не Яр.

Парень с гирей и цепью.

— Эм, почему? — спрашиваю его.

— Накажут. Как меня. Нельзя, — повторяет он.

— А как тебя наказали?

— Цепь.

— И гиря?

— И работа. Тяжело. Нельзя уходить. Рано, — свободной рукой он закрывает уже приоткрытую дверь и ведёт меня обратно. — Не рассказывай никому, что я говорил и трогал тебя. Нельзя.

Он замолкает и остаётся на месте, как будто сторожит коридор. Мне приходится вернуться. Побег откладывается на неопределённый срок. Не хочу я шкандыбать с цепями и гирями на ногах. Лучше посмотрю, как бы мне тут комфортнее устроиться.

— Элла! — окликает Яр. — Ни-Ни сказал, тебя вызывает Грымза.

— Её зовут Анакондовна, — сообщает Яр, провожая меня по лестнице на третий этаж. — На двери написано. Мне пора на урок.

— А мне?

— Тебя ждёт Грымза, — повторяет Яр. — Потом приходи.

Вдох, выдох. Иду к массивной двери с надписью: "Ректор".

— Стой! — окликает Яр. — Не забудь. Товарищ Грымза.

Киваю. Пожимаю плечами, иду дальше. Уверенно стучу. Слышу: "Войдите". Цепляю улыбку, вхожу.

Кабинет большой. Всё в коричнево-бордовых тонах. Но выглядит богато, а не мрачно. Наверное, из-за светлых акцентов в интерьере. Ваза с белыми розами. Кресла, узоры на ковре и шторах. Светлые принадлежности на столе.

— Здравствуйте! Вызывали? Товарищ Грымза.

Медуза Горгона сидит в кресле и смотрит на меня свысока.

— На вас поступила жалоба, — сухо произносит она.

— На меня?

— Вы много болтаете... Это запрещено. Если жалобы повторятся, вам придётся взять обет.

Вздыхаю.

— Простите, я не знакома с местными правилами.

— Ознакомьтесь, — протягивает мне папку. — Можете взять. А я напоминаю, что учащимся запрещено покидать стены учебного заведения без уважительной причины.

— Какие причины являются уважительными?

— Участие в турнирах, — отвечает Анакондовна. — Но вам это не грозит. Абсолютно нулевые способности к магии.

Да, понимаю, я не ведьма, но это унижение задевает меня за живое. Уж я тебе докажу, товарищ Грымза, что я чего-то да стою.