Книга Сердце из терновника и льда, страница 90 – Фиона Сталь

Он встал и прошелся по комнате, заложив руки за спину.

— Я зачистил Совет. Те, кто поддерживал Ориона и блокировал проходы, арестованы. Их ждут суд и рудники. Будут долбить лед.

— А Изольда? — я сглотнула, вспоминая её безумный взгляд и кинжал.

— Изольда в темнице. Она будет жить. Долго. Достаточно долго, чтобы осознать каждую секунду своего предательства. Я не подарил ей легкой смерти. Она будет смотреть на стену.

— И… твоя мать?

Валериус остановился у окна. Он смотрел на горизонт, и я видела, как напряглись мышцы на его спине.

— Аделина жива. Если это можно так назвать.

Он помолчал.

— Древо забрало у неё всё. Магию, молодость, даже разум. Она теперь просто… дряхлая старуха, которая не помнит своего имени. Она сидит в камере и перебирает сухие листья, называя их своими детьми. Кормит их кашей.

Меня передернуло. Жестокая судьба. Но справедливая. Она заслужила это наказание, за всё те смерти и горе, что принесла с собой.

— Я отправил её в Монастырь Тишины, на самые дальние границы Северных пустошей. Там за ней будут ухаживать монахини, но она никогда больше не увидит Цитадель. Неблагой Двор забыл её имя. С этого дня упоминание Королевы Аделины запрещено. Табу.

Он повернулся ко мне.

— Все кончено, Элара. Война окончена. Древо здорово, растет как на дрожжах. Мы победили.

— Победили, — эхом повторила я, чувствуя, как улыбка сама собой растягивает губы. — Значит, теперь мы можем… заняться делами? Например, оранжерею восстановить?

— Теперь я могу выполнить свою часть сделки, — перебил он.

Улыбка сползла с моего лица, как масло с горячего блина.

Валериус подошел к кровати, но не сел. Он встал надо мной, возвышаясь сверху. Его лицо было непроницаемым, но в глазах я видела ту самую муку, которая была там, когда он умирал у меня на руках.

— Какой сделки? — тихо спросила я, чувствуя, как внутри все холодеет.

— Той, которую мы заключили в самом начале. Год службы в обмен на свободу и богатство. Помнишь?

Он сунул руку в карман брюк и достал что-то.

Мешочек. Тяжелый, бархатный мешочек, звякнувший при движении. И свиток, перевязанный лентой с королевской печатью.

Он положил их на тумбочку рядом с кроватью.

— Здесь достаточно золота и драгоценных камней, чтобы купить небольшое королевство в мире людей, — сказал он, не глядя мне в глаза. — А это — охранная грамота. Она гарантирует тебе неприкосновенность и проход через любые границы. Мои лучшие стражи проводят тебя до Хоббитона.

* * *

Я смотрела на мешочек, выпученными от несправедливости глазами.

— Ты… ты выгоняешь меня?

— Я отпускаю тебя, — поправил он. Его голос дрогнул, но он тут же взял себя в руки. — Ты выполнила условия. Спасла Древо. Ты сделала больше, чем любая Садовница за тысячу лет. Ты свободна, Элара. Расчет окончен.

Я медленно села, сбрасывая одеяло. Гнев начал закипать в крови, булькать, как суп, вытесняя шок.

— Свободна? — я встала с кровати, игнорируя головокружение, и подошла к нему вплотную. Босиком. — После того, как мы смешали нашу магию? После того, как я вытащила тебя с того света, буквально за шкирку? После наших ночей проведённых под одним одеялом? Ты смеешь говорить мне о сделке? О деньгах?

— Именно поэтому! — рявкнул он, теряя самообладание.

Он схватил меня отчаянно за плечи, словно хотел удержать и оттолкнуть одновременно.