Книга Хозяйка поместья Вудсборн, страница 37 – Фиона Сталь

Я думала, что у меня есть время. Время, чтобы укрепить свои позиции, привести в порядок тело и дом, прежде чем вступать в открытое противостояние с внешним миром.

Я ошибалась. Внешний мир решил нанести визит сам. Без предупреждения.

Это случилось после обеда. Я сидела в Синей гостиной — теперь это было мое любимое место в доме, светлое и чистое, — с книгой о травах, когда в холле раздался шум. Громкий, требовательный стук в дверь, суетливые шаги Дженнингса, а затем — высокий, мелодичный, но пронизанный высокомерием женский голос.

— …не нужно докладывать! Я уверена, лорд Алистер будет рад меня видеть. Где он? В кабинете, как обычно?

Я замерла. Этот голос… Я его знала. Нет, не я. Сесилия делала запись в дневнике.

«Баронесса де Винтер. Она смеялась, прижимаясь к его руке. На ее шее сверкало новое колье — изумруды, под цвет ее глаз».

Любовница. Та самая!

Мое сердце пропустило удар, а затем забилось ровно и холодно. Вот значит как. Она решила заявиться сюда. В мой дом.

— Боюсь, вы ошибаетесь, мадам баронесса, — послышался бесстрастный голос Дженнингса. — Милорда нет дома. Он уехал в город по делам.

— Уехал? — в голосе женщины прозвучало откровенное разочарование и досада. — Как жаль. Я так надеялась его застать. Ну что ж… — после короткой паузы голос снова стал сладким, как мед с ядом. — Раз хозяина нет дома, я хотя бы засвидетельствую свое почтение хозяйке. Где леди Сесилия? Прячется в своей спальне, как обычно?

Я медленно закрыла книгу и положила ее на столик. Я знала, что она придет сюда. Она искала, на ком бы сорвать свою досаду. И лучшей мишени, чем презираемая всеми, толстая и забитая жена ее любовника, было не найти.

Дженнингс кашлянул.

— Леди Вудсборн в Синей гостиной, мадам. Я доложу о вас.

— Не утруждайтесь, Дженнингс, мы же не чужие, — пропела баронесса, и я услышала шелест шелкового платья, приближающегося к моей двери.

Дверь распахнулась без стука.

На пороге стояла она.

Баронесса Изабелла де Винтер была ослепительна. Высокая, стройная, как тростинка, с копной огненно-рыжих волос, уложенных в сложную прическу, и огромными зелеными глазами. Теми самыми, под цвет изумрудов. На ней было дорожное платье из дорогого белого шелка, которое облегало ее идеальную фигуру, как вторая кожа. От нее пахло дорогими духами, успехом и наглостью.

Она остановилась на пороге, ее изумрудные глаза с откровенной насмешкой окинули меня с ног до головы. Я сидела в кресле, одетая в одно из старых, но чистых серых платьев Сесилии. Я знала, что на ее фоне я выгляжу как серая, бесформенная мышь. Именно этого эффекта она и добивалась.

— Леди Сесилия, — протянула она, входя в комнату. — Какая приятная неожиданность застать вас не за едой.

Она не сделала реверанса. Она просто подошла и, не дожидаясь приглашения, грациозно опустилась на диван напротив меня, закинув ногу на ногу.

— Баронесса де Винтер, — ответила я спокойно, не вставая. — А я, напротив, удивлена, что вы решили навестить меня, а не моего мужа.

Ее идеальные брови слегка приподнялись. Она не ожидала такого ответа. Она ожидала смущения, заискивания, возможно, слез.

— О, ну что вы, — она рассмеялась. — Я всегда рада поболтать с вами. Мы ведь так редко видимся. Вы почти не выезжаете в свет. Все болеете, бедная? Одышка? Мигрень? Изжога?