Книга Хозяйка поместья Вудсборн, страница 88 – Фиона Сталь

— На сегодня, — ответила я, отпивая кофе, — у меня запланирована инспекция молочной. А потом — встреча с плотником по поводу ремонта оранжереи. А у вас, милорд?

— А у меня, — он хитро улыбнулся, — встреча с поверенным по поводу выкупа соседнего участка земли. Я решил, что нам не помешает расширить пастбища.

— Отличная идея, — кивнула я. — Я посмотрю цифры, может, мы сможем…

— Никаких цифр до вечера, — прервал он меня. — Сегодня утром мы просто муж и жена, которые пьют кофе.

Он был прав. Мы стали идеальной командой. Я взяла на себя внутреннее управление поместьем. Мои знания из прошлой жизни, помноженные на мою маленькую магию, творили чудеса.

Урожайность полей выросла, скот перестал болеть, а слуги работали с невиданным энтузиазмом. Алистер, освобожденный от рутины, занялся внешними связями. Он оказался блестящим стратегом и переговорщиком. Он заключал выгодные сделки, находил новые рынки сбыта для нашей продукции. Поместье Вудсборн не просто вышло в плюс. Оно начало процветать.

Мы работали порознь, но каждый вечер мы встречались в библиотеке и делились друг с другом своими победами и проблемами. Он стал моим лучшим другом, моим главным советником, моей самой надежной опорой. А я, я надеюсь, стала тем же для него.

Призрак Сесилии больше не тревожил меня. Я отдала ей дань уважения. Я рассказала ее историю. А теперь… теперь я жила за себя. Я была счастлива. Так, как никогда не была счастлива ни в этой, ни в прошлой жизни.

Я почти забыла о том, кем была раньше. Прошлая жизнь казалась далеким, выцветшим сном. А тайна моего появления здесь, в этом мире, была надежно заперта в самом дальнем уголке моей души.

Я даже забыла о нем. О дневнике. О маленькой, потертой книжице в кожаном переплете, которая стала моим первым проводником в этом мире. После того, как я узнала всю правду о жизни Сесилии, я спрятала его. Спрятала в ящике старого комода в своей бывшей спальне, в которую я теперь почти не заходила. Я не хотела его перечитывать. Это было слишком больно.

А потом Алистер его нашел.

Это случилось в один из дождливых осенних дней. Я была в оранжерее, которую мы наконец-то начали ремонтировать, и обсуждала с плотником устройство новых стеллажей. Алистер должен был быть в городе, на ярмарке. Но, видимо, дождь изменил его планы.

Когда я вернулась в дом, промокшая и довольная, Дженнингс встретил меня в холле с обеспокоенным лицом.

— Миледи, — сказал он. — Лорд вернулся. Он… он в вашей старой спальне. Он просил его не беспокоить.

Мое сердце пропустило удар. В моей старой спальне? Зачем? Он никогда туда не заходил после нашего воссоединения.

— Что-то случилось? — спросила я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Не могу знать, миледи, — дворецкий развел руками. — Он выглядел… странно. Очень тихо прошел наверх и заперся.

Я, забыв обо всем, бросилась наверх. Дверь в спальню Сесилии была приоткрыта. Я заглянула внутрь.

Алистер сидел в кресле у окна, спиной ко мне. Комната, в которой я не была уже несколько месяцев, казалась чужой и заброшенной. А он сидел посреди этого запустения, и в его неподвижной фигуре было столько горя, столько боли, что у меня сжалось сердце.

В руках он держал его. Дневник.

Он нашел его. Он читал его. Он все знает… В том числе и о моих планах по захвату этого особняка… Из первых так сказать, уст.