Книга Бионическое сердце: поверь чувствам, страница 45 – Каталина Канн

— Ты вся горишь!

— Всякий раз, когда ты так близко ко мне… — прошептала я, закрывая глаза, словно на мои веки воздействовала вся тяжесть планеты.

— Все будет хорошо. Нам просто нужно вывести тебя наружу, — Эвиан подхватил меня под мышку и повел ко входу в пещеру.

— Но голоса, — слабо запротестовала я.

— Тебе нужно на воздух, у тебя жар.

— Бионики не болеют. У нас не бывает лихорадки.

— Скажи это своей программе, — проговорил Эвиан, выталкивая меня из пещеры.

Крошечные облачка тумана поднялись вокруг меня, как только холодный воздух соприкоснулся с моей кожей.

— Запусти сканирование, — проинструктировал Эвиан, зачерпывая пригоршни снега и нанося ледяные кристаллы на мои предплечья, где они издавали шипящий звук, тая, а ледяная вода стекала по моей коже, не принося успокоения.

Я кивнула и включила сканирование, которое сразу же выявило двадцать два постоянных предупреждения. Температурные отклонения, достижение и превышение болевых порогов, когнитивные нарушения, отказ нервной системы.

— Что-то не так. Мои системы…

Эвиан обхватил мои щеки замерзшими руками, что-то быстро говоря, но голос в голове перебивал его слова.

«Эсара, присоединяйся к нам».

«Ты больна, потому что еще не с нами».

«Ты нуждаешься в нас, а мы нуждаемся в тебе. Возвращайся домой».

— Эсара! Что он говорит?

— Он говорит, что может вылечить меня.

— Куда он хочет, чтобы ты пошла?

Закрыв глаза, я мысленно потянулась к голосу. Затем дрожащим пальцем указала на юг. Эвиан помчался обратно в пещеру, затем появился с сумкой через плечо. Он поднял меня на руки, крепко прижимая к себе и пошел в указанном направлении.

Эвиан

— Отпусти меня, — произнесла Эсара хриплым, едва слышным шепотом. — Я сама могу идти.

Конечно, бионика поползла бы и на грани своих сил, но я не мог этого допустить. Ей нужно сохранить энергию для борьбы. Конечно, после многочасовой ходьбы каждый шаг причинял боль. Скоро мне придется остановиться, чтобы найти место для ночлега, развести костер, растопить снег, чтобы напиться.

— Ты слышишь голос, Эсара?

Она не ответила, потому что, наконец, провалилась в беспамятство. А дневное светило неумолимо склонялось к южному горизонту, нагоняя сумрак, ветер усилился, становясь все холоднее на открытой долине. Мои щеки покрылись корочкой льда, губы онемели, пальцы свело судорогой. И все же я шел и думал, как всё так сложилось, вспоминая, как Эсара в первый раз появилась на пороге моего кабинета. Я думал, что бионики нечитаемые, но, если присмотреться, можно понять, что все эмоции на виду. Она играет со своими волосами, когда ей скучно; скрещивает руки на груди, когда сердится. И было что-то умиротворяющее в том, чтобы не ощущать чужие эмоции, полностью отдавшись только своим.

Я оглянулся вокруг, по-прежнему не находя никакого укрытия от ледяного ветра. Поэтому продолжал идти, даже когда тьма сомкнулась вокруг нас. Ноющая боль в ногах утихла, но, я знал, что это знак обморожения. Вместо того, чтобы сожалеть о приближающейся смерти, испытывал горечь от того, что хотя бы раз не поцеловал Эсару.

Наконец, когда ветер поднял снег стеной и я не мог видеть, куда идти, я вытащил единственную сигнальную ракету и, направив ее на звезды, выстрелил. Вспышка прочертила черное небо, быстро падая обратно в снег у моих ног, шипя и искрясь.