Книга Чайная для попаданки, или Мой путь к сердцу дракона, страница 12 – Лина Дорель

Кобыла тихо фыркнула в ответ. Кажется, она это уже поняла.

Постепенно глаза привыкли к темноте, и лес перестал казаться сплошной черной стеной. Между ветвями мерцали звезды, лунный свет пробивался сквозь листву, создавая причудливые световые пятна на дороге. А потом я заметила нечто совсем удивительное.

В траве замелькали крошечные голубоватые огоньки. Светлячки? Но они светились слишком ярко и ровно. Один такой огонек взлетел прямо у морды Серебрянки, и я разглядела его получше — крошечное существо с прозрачными крылышками, которое полностью состояло из света.

Зрелище было завораживающее. Огоньки порхали между деревьями, словно крошечные падающие звезды. Некоторые собирались в стайки и кружили вокруг стволов, другие летали поодиночке. Один особенно смелый даже сел мне на плечо и просидел там несколько минут, мягко пульсируя теплым светом.

А потом я увидела грибы.

У подножия старого дуба россыпью росли грибы размером с тарелку, светящиеся бледно-зеленым светом. От них исходило мягкое, почти гипнотическое сияние. Серебрянка прошла мимо, даже не замедляя шага, но я еще долго оглядывалась назад.

Светящиеся грибы. Надеюсь, они не ядовитые. И вообще надеюсь, что мне не придется проверять их на съедобность.

Чем глубже мы углублялись в лес, тем больше странных вещей встречалось. Цветы, которые светились изнутри мягким серебристым светом. Лианы, которые слегка шевелились без всякого ветра. Деревья с корой, покрытой светящимися узорами, напоминающими руны.

В одном месте дорога проходила мимо небольшой поляны, где росла трава необычного серебристого оттенка. Когда лунный луч упал на поляну, трава зазвенела — тихо, мелодично, словно множество крошечных колокольчиков.

Я остановила Серебрянку, заслушавшись. Звук был удивительно красивым, почти гипнотическим. Хотелось слезть с лошади и пройтись по этой поющей траве босиком.

"Плохая идея, Луиза. Все, что выглядит слишком красиво в магическом лесу, наверняка опасно", — предостерегла я саму себя.

Серебрянка, видимо, была со мной согласна. Она беспокойно переступила ногами и тронулась дальше. Умная лошадка.

Через час езды я поняла, что нуждаюсь в передышке. Спина болела так, словно я разгружала вагоны, ноги онемели, а попа превратилась в одно сплошное больное место.

Героические барышни в книжках явно имеют особую конструкцию задней части тела. Или особую подготовку.

Найдя небольшую поляну рядом с ручьем, я осторожно слезла с лошади. Ноги подкосились, и пришлось несколько минут держаться за стремя, пока кровообращение не восстановилось.

— Ох, девочка, — пробормотала я, поглаживая Серебрянку по шее. — Ты, наверное, думаешь, что на тебя посадили полную бездарность.

Кобыла снисходительно ткнулась мордой мне в плечо. Мол, ничего, со временем научишься.

Я привязала поводья к ветке и дала лошади попить из ручья. Вода была кристально чистая и на вкус — как родниковая. Серебрянка пила долго и с наслаждением, изредка поднимая голову и прядя ушами.

Сама я воспользовалась моментом, чтобы размять затекшие мышцы. Присела, потянулась, попыталась восстановить кровообращение в ногах. В тишине ночного леса каждое мое движение казалось оглушительным.

Вдруг Серебрянка резко подняла голову и напряглась, глядя куда-то в чащу. Уши ее встали торчком, ноздри раздулись.