Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 95 – Виктория Рогозина

Но мои мысли снова возвращались к Алексу. Каждый раз, когда я украдкой бросала взгляд в его сторону, я видела его сосредоточенное лицо и энергию, что пульсировала вокруг. Он сражался не только за себя, но и за нас, за нашу семью. И хотя я доверяла его мастерству, беспокойство не отпускало.

— Держись, Алекс, — пробормотала я себе под нос, возвращая всё внимание к битве с Горынычем.

Миша стоял, напряжённо прикрывая сестру, чувствуя, как её дрожащие пальцы сжимают его куртку. Их окружала невидимая магическая аура, преграда, созданная отцом и матерью, чтобы защитить своих детей от той древней, неукротимой силы, что бушевала впереди. Окружающий мир словно перестал существовать: лес, деревья, даже небо — всё исчезло за завесой магии, заклинаний и ударов. Перед ними развернулась настоящая битва, столь невероятная и жуткая, что она казалась лишь выдумкой из старинных преданий.

Алекс и Валерия стояли перед лицом самого Кощея Бессмертного — его холодная фигура, окутанная мраком, возвышалась над землёй, словно воплощение смерти. Сотни лет, тысячи легенд, и вот он, Кощей, реальный и более страшный, чем все сказки вместе взятые. Его глаза горели ледяным светом, а его длинные, костлявые пальцы управляли силами тьмы, вырываясь наружу и переплетаясь с землёй, словно тёмные корни.

Магия была повсюду — вспышки огня, ледяные ветра и невидимые удары разрывали пространство, сотрясая землю. Алекс, с лицом сосредоточенным и суровым, сражался, держа в руках свой зачарованный меч, отражая тёмные силы, а его жена, Валерия, окружённая клубами черного дыма, словно сама стала воплощением мрака. Её глаза сияли могуществом, а слова древних заклинаний срывались с её губ, пробуждая силы, о которых Миша даже не мог и подумать.

Он смотрел, как его родители дают отпор самому ужасному из существ, и внезапно реальность сместилась. Всё, что казалось ему фантастикой — магия, ведуны, змеи, Бессмертные — оказалось правдой. Мир, о котором он знал только по книгам и фильмам, раскрылся перед ним в полном величии. Миша понимал, что то, что они считали сказками, на самом деле было скрытой правдой. Сказочные герои и злодеи, магические существа — всё это существовало, прячась от обычных людей.

Змей Горыныч, исполинский дракон с тремя головами, пронёсся над ними в небесах, выплёвывая огонь, который сталкивался с ледяной магией Кощея. Миша ощущал его жар даже на расстоянии, чувствовал, как мощь этого существа разрывает воздух. Горыныч был на стороне его родителей, их могучий союзник в этой битве. Это было настолько невероятно, что он едва мог поверить своим глазам, но в то же время сердце подсказывало, что всё это на самом деле.

Миша, воспитанный в современном мире, где магия была лишь частью развлекательной индустрии, испытывал странное чувство избранности. Как будто он вдруг стал частью чего-то большего, чего-то древнего и мистического. Это знание давало ему силу и, возможно, даже приближало его к родителям. Теперь он знал чуточку больше, чем остальные люди, и это сближало его с магическим миром его семьи. Миша вдруг понял, что мир больше и сложнее, чем он думал, и что его место в этом мире особенное.

Он внимательно следил за тем, как его отец и мать сражаются, их движения были слаженными, как будто они готовились к этому всю жизнь. Каждый удар, каждое заклинание были точны и сильны. Валерия взмахнула рукой, и тёмные силы замерли перед ней, словно подчиняясь её воле. Алекс прорезал тьму своим мечом, заставляя Кощея отступать на шаг.