Книга Штормовые волны, страница 59 – ЮЭл

— Кики, — с улыбкой ответила Мари, — ты же знаешь, что мы давно муж и жена. Все это, — она развела рукой, — для общества. Не для нас.

— И? — не согласилась вечно улыбчивая блондинка, — разве это причина не радоваться?

Она права. Пришло время во всеуслышание объявить о своих отношениях, со своим же мужем. В конце концов, эта помолвка сплотила несколько племен, не говоря уже о том, что мать пришла в себя и почти полностью вернулась в привычное всем состояние властной и высокомерной хранительницы.

— Как же мне нравится твое платье. — Кики, на полголовы выше своей кузины, встала сзади и стряхнула несуществующую пыль с ее плеч.

— А мне твое. — Ласково улыбнулась Мари.

Свое, сестра сшила самостоятельно, объединив моду последователей Святобора и последователей Тары. Длинное платье цвета сирени, открывало плечи, но рукава доходили до локтей. Талию же обхватывал, легкий пояс, небрежно завязанный сбоку. Из украшений, Кики надела, лишь странное деревянное кольцо, которое ей сделал брат. Волосы она так же, как и кузина, слегка завила и оставила распущенными.

— Надеюсь, Камильчику понравиться.

Глаза девушки светились любовью и нежностью. С недавних пор колдун перестал отталкивать ее, а иногда даже проявлял внимание. Буквально вчера ночью, когда все сидели за костром, он вышел из леса с фиалкой в руках, и опустившись возле девушки, вдел цветок в ее волосы.

Маришка была счастлива, что Камиль изменил свое отношение, ведь Кики по-настоящему его любит. Яркая жизнерадостная сестренка заслуживает любви, как никто другой. Но мысли снова переключились на другую. Ту, что была лишена любви, заботы, внимания и понимания. Из глубины сердца, горячей волной, ее начала заполнять злости. Как могла мать так поступить с ребенком. Ни в чем неповинным ребенком. Какая женщина сможет так просто отказаться от своей крови и плоти. Если бы не она, то сестра, родная сестра, могла сейчас стоять возле нее, в таком же прекрасном, сшитом Кики платье и лить слезы радости по поводу предстоящей помолвки. Зубы сжались, ногти впились в ладони, и лишь голос кузины вывел из состояния нарастающего гнева.

— Нет, нет. Не надо. Мы разберемся, слышишь?! Мы со всем разберемся.

— А если нет? Что, если мы не справимся? — На смену злости пришел страх, за которым последовали надоевшие ей слезы. — Кики, моя мать разрушила жизнь многих. О многих из них мы даже никогда не узнаем, но Сэл…Сэл! Такая сильная, мудрая не по годам и преданная до мозга костей Сэл. Один миг и ее жизнь катится в бездну лишь потому, что моя мать решила изменить предначертанное.

— Я ее не защищаю, — Кики опустила голову, но подумав высоко подняла ее, давая понять, что не отказывается от своих слов. — Она пыталась спасти мир. Этот факт стоит учитывать.

— И разрушила его. Разве можно во спасения мира пожертвовать дочерью?

— Я не знаю. — Кики вытерла ее слезы и крепко обняла. — Я не знаю, что сделала бы я, знай, что, пожертвовав одной жизнью, могу спасти всех. Я знаю одно — мы сделаем все, что возможно, чтобы вернуть сестру.

Сестру. В первый раз кто-то, кроме самой Мари, назвал Сэл сестрой. Ведь Кики и Вики были ее кузинами, а значит, и Василисиными тоже. Но Виктория категорически против спасения той, что называет себя Тенью, а Кики, взвалившая на себя противостояние против совета, всегда величала ее подругой. Но она им сестра. Сестра, которую нужно спасти.