Книга Штормовые волны, страница 62 – ЮЭл

— Все готовы?

— Да. — ответила Маришка.

Улыбаясь, Кики громогласно произнесла.

— Дамы приглашают кавалеров. Отказы не принимаются. Действуйте, родные! — И уже подойдя к ним. — Рассказывай.

Ну и Эрик рассказал:

— Летит на небесной тени, в сопровождении. Амир и Деметрий тоже должны быть. Выпейте, — и он протянул продолговатую склянку с серебристой жидкостью, — по глотку. Нет, — отдернул руку, как только Кики потянулась, — только мужчины.

Ральф сделал глоток первым. Сладкая жидкость резко сменилась на сжигающее внутренности пламя. Он закашлялся.

— Что это? — Маришка хлопала его по спине.

— Противоядие.

— От, кхе-кхе чего? — Жжение не утихало.

— От яда.

— Эрик, миленький, давай поподробнее. — Кики не переставала улыбаться, чтобы не пугать гостей.

— Василиса едет с дурманом. Предполагаю, что цель Тенгиз, — он злобно посмотрел на бывшего друга и подопечного, — но под удар может попасть любой. Да, и еще. Кики, постарайся не проявлять своей обычной, эм… — видимо, пытался подобрать слова, — любви, — подобрал, — к Камилю.

— А это еще зачем? — Девушка сложила руки на груди.

— Потому что, — как маленькой объяснил друг, — она может захотеть твою, скажем так, «игрушку».

— Эрик! — Зло возмутилась Кики.

— Он прав, — встала на защиту дракона, что было удивительно, — его любимая. Забрала же она Амира с Деметрием.

— Ну, я не волк. — не согласился Камиль.

— Дело не в этом. — Дракон закатил глаза. — Василиса, она же Тень, теперь берет все, что желанно для других. Ее, скажем так, «радует», чужие страдания. Чем больше мы привлекаем внимание к чему-то, тем с большей вероятностью, она захочет это себе. А ты, — он схватил за шкирку Тенгиза. — будешь с ней ласков, приветлив и выполнишь любой её капризу.

— Надо спрятать Сирену.

Эрик презрительно ухмыльнулся. Ну да, его бывший друг, не питает любви или нежности к будущей жене, а вот сберечь свой пропуск к морскому трону — это другой разговор.

— Ее уже увели.

— Куда? — Тенгиз обернулся в поисках невесты и не нашел.

— Чем меньше знаешь, тем меньше сможешь рассказать.

— Да за кого ты меня принимаешь? — вспылил морской.

— За мерзкого, скользкого трусливого паразита.

Во второй раз за всю жизнь вожак видел, как его друг закипает от гнева в прямом смысле этого слова. По выступающим, от постоянных тренировок венам, поблескивая, разливалось сине-красное пламя и в серо-голубых глазах засверкали огоньки. Эрика трясло, на скулах заиграли желваки, а сжатые в кулаки руки готовы были врезать стоящему перед ним будущему царю морских глубин. Между ними выросла Кики.

— Эрик, совершенно неподобающий вид. Я так старалась, а твой наряд все портит.

И она принялась завязывать шнурки на груди, затем закатила рукава по локоть и закрепила их крепким узлом. Убрала выбившуюся прядь. К этому моменту дракон взял себя в руки, и когда Тенгиз с Камилем отошли выпить по своему глотку противоядия, произнес:

— Спасибо.

— Не за что, дорогой. Набить ему морду можно и позже, но если ты испортишь интерьер, я за себя не отвечаю.

Ральф с Маришкой снова прыснули, а Эрик лишь устало улыбнулся. И тут вожак услышал взмах огромных крыльев, а еще через несколько мгновений все волки обратились вслух. Эрик все понял и, взяв под локоть еще не откашлявшегося от настойки Тенгиза, поволок ближе к выходу.