Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 128 – ЮЭл

— Вы были на шаг от смерти и решили, что самое разумное — выгнать меня из кабинета? — Огонь вспыхнул, и я не прилагала усилия, чтобы его погасить. — Оставили возле себя Рэма и Стэллу, а меня прогнали. — Голос сорвался. — Я хуже Стэллы? — Слова слетали с губ до того, как приходило осмысление озвученного. Я злилась, что мне предпочли кого-то? Или, может, злилась на то, что меня прогнали. А, может, проблема в том, что он признался мне в любви, а затем прогнал?! Видимо, причина была в Стэлле. Кто захочет видеть подле себя такую, как я, когда есть «королева». — Неужели желание увидеть перед смертью красивое личико — это причина прогнать меня?

Некромант, казалось, пошатнулся, но неожиданно выпрямился, как натянутая струна. На губах появилась почти хищная улыбка, и ректор сказал.

— Три! Это был третий раз, малышка.

Он сократил разделяющее нас расстояние, схватил меня за шею и потянул на себя.

Мир ушел из-под ног.

«Любовь — это натянутая струна меж двух сердец. Бережное касание рождают музыку. Резкое натяжение может разорвать связь».

Солнце, слишком яркое для зимнего утра, пробивалось сквозь шторы слишком чистые для разрушенного дома. Под пальцами билось мужское сердце, а теплая рука обнимала за талию.

«Красные ознаменуют приближающуюся смерть». Вздрогнула, вспомнив эти слова. От одной мысли, что он мог умереть, сердце сжалось от боли.

Как?

Когда?

Почему?

Получу ли ответы на вопросы, каким образом умудрилась влюбиться в ректора? Не думаю.

Нужны ли мне эти ответы? Сомневаюсь.

Мои губы все еще хранили тепло его дыхания. Мужская грудь размеренно поднималась и опускалась. Я посмотрела на умиротворение лицо спящего некроманта.

Когда шею сжали сильные пальцы, не испугалась. Не было времени испугаться. Он склонился и прикоснулся к губам до того, как успела возмутиться. Жадно, требовательно, нежно. Колени дрогнули от нахлынувших чувств, но меня удержали все те же сильные пальцы. Некромант прижимал меня к себе так, словно отпусти он, и я исчезну.

Как обвила руками сильную шею, не помню. Как и то, что меня приподняли, заставляя ногами обхватить за талию. К моменту, как решила, что полностью растворилась в мужчине, в легких не осталось воздуха. Потемневшие глаза, нескрываемая победная улыбка и сильные руки, расположенные намного, намного ниже талии.

— Ваша рана, — попыталась оттолкнуть его от себя.

— Забудь о ней.

— Вы сказали, что чуть не умерли, — я продолжала упираться в могучую мужскую грудь, но прикасалась лишь к здоровым участкам тела.

— К чертям смерть. — Почти прорычал некромант и снова поцеловал, так, словно он был жаждущим воды путником, а я его источником. — Это был третий раз. У тебя больше не будет шанса отвертеться.

— Что… Что значит… — дыхание сбилось. — Третий раз? Что значит «третий раз»?

Победная улыбка на лице мужчины стала шире.

— Ты в третий раз приревновала меня.

— Я? — Некромант снова поцеловал, и я была готова согласится с утверждением, но внутренний протест был слишком велик. Я никогда не ревновала никого. Мне подобное чувство неведомо. — Не было такого.

— Было. — Я попыталась вырваться, но меня, удерживая на руках, прижали к стене. — В первый раз ты приревновала к Эве. — Он поцеловал в щеку. — Второй — разозлилась, что я спас Лиззи. — Поцелуй во вторую. В третий — сегодня. — Поцелуй в нос.