Книга По ту сторону мира, страница 25 – Екатерина Мордвинцева

Я задумалась. Архив. То самое место, куда меня пригласил Линвэль. Может быть, стоит сходить туда не вечером, а прямо сейчас?

Но в этот момент вернулся Фредрик. Он был бледнее обычного, и на лбу у него пульсировала вена — та самая, про которую говорила Грета.

— Что это? — спросил он, глядя на мой стол.

— Я… немного переставила папки, — призналась я.

Фредрик закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. Открыл.

— Екатерина, — сказал он. — Я просил вас не трогать систему.

— Я не трогала систему! Я просто…

— Переставила папки. На своём столе. Да. Но эти папки привыкли лежать в определённом порядке. Теперь они будут нервничать. А когда они нервничают, они начинают кричать. А когда они кричат…

— Кофе кончился, — донёсся из щели голос Штифта.

— …у меня начинается мигрень, — закончил Фредрик.

Он сел за свой стол, выдвинул ящик, достал оттуда маленький пузырёк с мутной жидкостью, отпил глоток и поморщился.

— Впредь, — сказал он, — никаких изменений без моего письменного разрешения. Это приказ.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя себя нашкодившей кошкой.

Весь остаток дня я старалась не отсвечивать. Разбирала жалобы, заполняла формы, делала вид, что ничего не произошло. Но в голове у меня крутились мысли о системе, об организации, о том, как можно было бы всё наладить, если бы Фредрик не был таким… консервативным.

А ещё я думала о словах Линвэля. «Приходите в архив после работы. Поговорим».

--

Когда часы на стене Фредрика (огромные, с маятником в виде дракона, который каждые полчаса выпускал из пасти струйку дыма) показали шесть вечера, начальник поднялся, надел свой мундир (тот самый, с пятном от соуса, которое, кажется, уже никто не собирался выводить) и сказал:

— Я ухожу. Вы закрываете кабинет. Ключ — в верхнем ящике вашего стола. Завтра в восемь. Не опаздывайте.

Он вышел, и я осталась одна.

Точнее, не совсем одна. Штифт всё ещё шуршала в своём убежище, и иногда из щели доносилось её ворчание: «Принято… отправлено… нет бланков… начальник ушёл, можно спать…»

Я подождала, пока крыса угомонится, потом встала и подошла к двери, из которой утром вышел Линвэль.

Дверь была массивной, тёмного дерева, с кованой ручкой в виде какого-то растения с длинными листьями. Я толкнула её, и она открылась с тихим, печальным скрипом.

За дверью начинался архив.

Я ожидала увидеть обычное хранилище документов — стеллажи, полки, коробки. Но архив оказался… бесконечным. Буквально. Пространство уходило вверх и в стороны насколько хватало глаз, и везде, на всех уровнях, стояли стеллажи с папками, свитками, коробками и странными предметами, которые я не могла идентифицировать.

Воздух здесь был густым, пыльным, с запахом старой бумаги, чернил и ещё чего-то сладковатого, похожего на мёд. Где-то вдалеке капала вода, и этот звук создавал ощущение, что ты находишься внутри огромной пещеры.

— Линвэль? — позвала я. Голос прозвучал глухо, будто я говорила в подушку.

— Я здесь, — ответили откуда-то слева.

Я пошла на голос, лавируя между стеллажами. Папки на полках тихо шуршали, провожая меня взглядами (у папок не было глаз, но я чувствовала их внимание). Некоторые из них светились слабым голубоватым светом, другие — тёмно-красным. Одна папка, совсем старая, с выцветшими буквами на корешке, застонала, когда я прошла мимо.