Книга По ту сторону мира, страница 22 – Екатерина Мордвинцева

Где-то в середине процесса я услышала шум. Сначала далёкий, потом всё ближе, и наконец дверь в кабинет распахнулась с такой силой, что я подпрыгнула на стуле.

— Фредрик! — заорала Грета, влетая в комнату. — Я принесла!

Она была в кожаном фартуке, испачканном чем-то зелёным и липким, в руках она держала здоровенный ящик, который, судя по тому, как он оттопыривал её могучие руки, весил килограммов пятьдесят.

— Что на этот раз? — спросил Фредрик.

— Новые бланки для портальных разрешений! — Грета с грохотом опустила ящик на пол. — Типография наконец-то допечатала! Я им говорю: «Где бланки?», а они: «Мы их уже отправили». Куда отправили? В Торговый квартал! Зачем бланки для портальных разрешений Торговому кварталу?! Они там что, порталы открывать собрались?

— Открыли, — сухо сказал Фредрик. — Три дня назад. Без разрешения. Я сейчас разбираю этот вопрос.

— Ну и бардак, — констатировала Грета. Она перевела взгляд на меня и улыбнулась. — О, Екатерина! Как дела? Капуста в волосах ещё есть?

— Немного, — призналась я, вытаскивая очередной листок из косы. — Линвэль сказал, это пройдёт.

— Линвэль много чего говорит, — Грета махнула рукой. — Он в прошлом году сказал, что я должна перестать есть на ночь, а то у меня усы начнут расти быстрее. Я перестала. Усы не перестали расти. Он сказал: «А ты думала, если перестанешь есть, усы волшебным образом исчезнут? Это генетика, Грета, с генетикой не поспоришь». Я ему чуть голову не открутила. С трудом отговорила.

Я рассмеялась. Грета была такой… живой. Громкой, прямой, без единого намёка на ту загадочность, которой были пропитаны и Фредрик, и Линвэль. С ней было легко.

— Грета, — сказала я, — а кто такой Штифт? Фредрик говорил вчера про какую-то крысу.

Грета и Фредрик переглянулись. В их взглядах было что-то странное — смесь веселья и усталости, как у родителей, которых спрашивают о младшем ребёнке, устроившем вчера погром.

— Штифт, — сказала Грета, — это… наше всё. И наша головная боль.

— Канцелярская крыса, — добавил Фредрик. — Ожившая.

— Как это — ожившая? — я нахмурилась.

— А вот так, — Грета полезла в карман фартука. — Кто-то из прежних сотрудников — я подозреваю того же эльфа — решил, что канцелярии не хватает души. Взял обычную крысу, которая жила в подвале, и провёл ритуал. Теперь она — часть отдела. Разбирает бумаги, сортирует корреспонденцию, иногда жуёт углы папок, если они ей не нравятся. И ещё…

Она вытащила из кармана нечто маленькое, серое и пушистое.

— Штифт, работать! — скомандовала она.

Пушистое нечто развернулось. Это действительно была крыса. Обычная серая крыса с длинным хвостом и блестящими чёрными глазами-бусинками. Но на её голове красовалась крошечная шапочка из пергамента, сложенная в виде треуголки, а на спине — маленькая сумка, похожая на те, что носят почтальоны.

Крыса посмотрела на меня, чихнула и вдруг сказала:

— Новенькая?

Я поперхнулась воздухом.

— Она… она говорит?!

— Говорит, — подтвердил Фредрик. — Точнее, общается. У неё есть ограниченный набор фраз, связанных с работой. В основном — «принято», «отправлено», «нет бланков», «кофе кончился» и «я не буду это делать». Последнее она говорит чаще всего.

— Я не буду это делать, — подтвердила крыса и спрыгнула с руки Греты на мой стол.

Я заворожённо смотрела, как она деловито перебирает лапками, пододвигая к себе стопку жалоб. Она взяла верхний лист, посмотрела на него, повертела в лапках и отложила в сторону.