Книга Измена. Плата по счетам, страница 24 – Ирина Манаева

— Вас не должны касаться наши договорённости! — выпирает вперёд грудь, пытаясь быть гордой птицей. На самом деле петух ощипанный.

— Руслан, — привлекаю к себе внимание, смотря на него спокойно и холодно. Надеюсь, он всё поймёт.

Неужели, не видит, насколько смешны его потуги казаться главным? Вспоминается детская песенка «Папа может». И слова «Папа в доме, конечно, главный, если мамы случайно нет». Так вот, я совершенно случайно здесь и больше не намерена пускать его в свою вотчину.

— Инга, — отзывается Ростовцев, пытаясь взглядом одержать победу в схватке, но Регина выполняет приказы своего начальника, а потому быстро сминает испорченный лист, заменяя его новым. Показывая, что нет пути назад, и мнение Руслана совершенно ничего не значит.

А мне неловко, что наши отношения вышли далеко за рамки семьи, став достоянием одного из меценатов, нескольких репортёров и кучи моих сотрудников и подопечных.

На немой вопрос Ростовцева качаю головой, смотря, как искажается злобой его лицо. Он не вёл дела с Алфёровым, не ему решать, как всё будет. Даже не знаю, на что рассчитывал, обращаясь к Вадиму. И бесконечно благодарна последнему, что не мне пришлось прерывать церемонию.

— Позвони Славу, узнай, как он там, — напоминаю Ростовцеву о том, что он наделал. Руслан окидывает взглядом собравшихся, и каждый понимает, что ему следует просто покинуть сцену, чтобы не выглядеть посмешищем, каким он сам себя выставил.

Логичность ещё осталась в его голове, и Руслан, окатив меня презрительным взглядом и поправив зачем-то намокший пиджак, шествует на выход. И вижу, как вслед за ним отправляется Лера. Зачем?

— Всё готово, Вадим Игоревич, — переключает наше внимание на стол Регина, и Алфёров интересуется у меня, можем ли продолжать.

— Конечно, — тут же отзываюсь, выдавливая улыбку. Но я тренировалась перед зеркалом, чтобы они не выглядели идиотскими. Всё же часто на людях, а потому следует держать эмоции при себе. Считаю, что медийные лица не могут быть импульсивными и взбалмошными.

Мы записываем видео повторно, и на сей раз роспись моя. Всё, как подобает, и мы фотографируемся с Алфёровым, держа в руках одинаковые бордовые папки и возможность обустроить центр.

Потом у нескольких женщин берут интервью, а Вадим интересуется, что это сейчас было?

— Я привык к мужскому бизнесу, — признаётся, — но, при всём уважении к твоему мужу, лидер здесь очевиден. И я не вижу смысла размениваться на что-то меньшее.

Мне приятны его слова, особенно, учитывая положение дел. Раньше, возможно, я бы обиделась. Всё же Вадим посягает на мой выбор, но теперь горда, что он видит, кто в доме хозяин.

— В нашей семье небольшие трудности, — решаю ввести его в курс дела. Слышала, что у него тоже, потому он должен понять, как никто другой.

— Инга, если у тебя проблемы, ты всегда можешь обратиться ко мне.

Несмотря на то, что между нами порядка тринадцати лет, и он куда моложе, не чувствую какого-то диссонанса. С Вадимом комфортно и просто. Куда проще, чем с кем-то другим.

Его слова звучат призывом, музыкой для моих ушей.

— И какой прейскурант? — растягиваю улыбку.

— Вижу по глазам, что ты хочешь кого-то убить, — шутит он, принимая от моих помощниц шампанское, чтобы отпраздновать этот день, и передаёт один из бокалов мне. А, может, и не шутит вовсе. — Но у меня услуги другого характера.