Книга Избранная огнём, страница 102 – Ирина Манаева

Тоннеля выхватила телефон из рук помощника.

— Черт, я номер наизусть не помню.

— Я предугадал это, — отозвался Маркус. — Просто вбей в поиске.

Она недоверчиво уставилась на него.

— Зачем тебе номер моей матери?

— Видишь, пригодился, — улыбнулся он.

— Но ты же не знал, что я стану звонить с твоего телефона!

— Когда ты уже перестанешь всеми удивляться, Юль, — сказал он как-то по-братски.

Тоннеля нашла нужный контакт и отошла от нас, чтобы поговорить в тишине. Никому не хотелось быть услышанным, потому, взяв в руки телефон, каждый из нас уходил на приличное расстояние, пока остальные дожидались на том же месте.

— Привет, мам, — выдохнула я в трубку, понимая, как соскучилась. Услышав ее голос, захотелось обнять и расплакаться. Рассказать, что произошло за все то время, что меня не было рядом. Но я не могла, да и кто в здравом уме поверит в такие бредни.

— Лиля, — обрадовалась она мне. — Наконец позвонила, а то все сообщениями. Я уж было подумала, что вас там удерживают. Все нормально? — обеспокоенно спросила она. — Если нужна помощь…

— Нет, мам, все отлично, — перебила я ее. Хотя, если бы и впрямь меня держали в заложниках, я никак не смогла бы сказать ей об этом. Надо придумать кодовое слово, которое может указать на такие вещи.

— Как долго ты там будешь?

— Я не знаю, правда. Просто пойми, тут я вновь обрела себя.

Ей не обязательно было знать, что имею ввиду, но я почувствовала, что слова ее немного успокоили.

— Я скучаю, дочка, — услышала я нотки слез в ее голосе.

— Я тоже, — не врала я. Обернувшись, видела сквозь деревьев силуэт Маркуса и остальных. — Потом еще наберу, не теряй.

— Когда? Когда, Лиля?

— Через пару недель, возможно, раньше. До деревни, где ловит связь, идти далеко, — говорила я правду отчасти, — но все нормально. Ребята со мной, мы здоровы и счастливы, — а это уже была полная правда.

— Хорошо, дай Бог, — зачем-то напоследок сказала мать.

— Люблю и целую, — отозвалась я нашей коронной фразой.

— И я. Пока

Я вручила телефон следующему, и села на свое место. Да уж, напридумывала я себе свиданье. А на небе зажигались многочисленные звезды.

Оказавшись дома, мы решили растопить баню, чтобы смыть грязь, собранную за день. Валера с Маркусом ушли в сторону реки, и спустя время, я отправилась на их поиск, чтобы напомнить об ужине. Разговор, видимо, был неприятным, потому что Слепого таким расстроенным я не видела никогда.

— Валера, — позвала я его, но он даже не повернулся в мою сторону, а, наоборот, уходил все дальше.

— Что ты ему сказал? — накинулась я на Маркуса, но сама прекрасно знала ответ.

— Тебя все возненавидят, — предрекала я, качая головой, — вот посмотришь.

— А ты?! — его глаза снова проникали в мою душу, и я не успела поставить заслон.

— Что я?! — как-то нервно ответила, отводя взгляд. Для него уже давно была раскрытой книгой, у которой известны все главы.

— Ты ненавидишь?

Можно было лгать сколько угодно: себе, ему, окружающим. Но и вот так просто признаться в том, что готова пойти за ним куда скажет, не могла.

— У меня нет выбора, — ушла от ответа.

— И все же, Лия. Такой простой вопрос.

— Что ты хочешь?! — резко повернулась, и он оказался так близко, что наши губы чуть не соприкоснулись. Но готова поспорить, что еще секунду назад Маркус был на расстоянии вытянутой руки.