Книга Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи, страница 36 – Ирина Манаева

Коснувшись обнажённой мужской груди, ощущаю, как запястье обхватил могучий кулак. Всё ещё сильный и крепкий, и глаза, показавшиеся мне в первую секунду прозрачными, буравят моё лицо.

— Я тебя видел, - внимательно рассматривает меня Локк, скользя взглядом, будто намереваясь запомнить каждую чёрточку.

— Я должна тебя осмотреть.

Уже поняла, что обращаться на «Вы» - выдать себя с потрохами. Потому приняла правила ещё несколько дней назад.

— Делай, что надо, - размыкает пальцы, и я тут же подхожу к месту, где должно быть окно, чтобы убрать тряпку. Она приколочена несколькими гвоздями, и мне приходится долго мучиться, пока Краг одним движением срывает кусок, не желающий подчиняться мне.

— Спасибо, - любезности ни к чему в моём случае, только мама учила благодарить.

Оказавшись снова около больного, я внимательно осматриваю колотую рану, понимая, что она уже загноилась. Только что я могу сделать голыми руками? По-хорошему здесь следует подключать антибиотики, возможно, капельницы. Судить о бледности покровов тоже не в силах, кто знает, насколько эта зелёная кожа должна быть насыщенной.

Одно я понимаю точно: Локк хочет жить. И я тоже.

— Я помогу тебе, если ты отпустишь меня, - принимаюсь качать права, потому что лечение - единственное, что я могу обменять на свою свободу.

— Давай, ведьма, - звучат его слова. То ли согласия, то ли недовольства. Но переспрашивать не стала.

Ничего не остаётся, как прибегнуть к силе целителя, которая досталась, что называется, по наследству, и в который раз удивляюсь, смотря, как рана выглядит лучше, будто прошло несколько дней с момента осмотра.

Наверное, сам орк ощущает потоки, потому что тут же трогает огромной лапищей свою грудь.

— Нельзя, - ударяю его по ладони, отбрасывая её в сторону. – Можешь занести грязь.

Хотя о чём я говорю?! Тут повсюду только и была что грязь. Одно большое поселение грязи.

— У тебя был ребёнок, - будто вспоминает Локк, пока я делаю перевязку из совершенно нестерильной тряпки. Видели бы меня коллеги, их волосы бы встали дыбом.

Вспомнив, что орки сделали с невинной служанкой, решаю ему соврать.

— Она умерла. Мне пришлось похоронить её в лесу.

Стук позади заставляет обернуться, но не вижу никого рядом. Наверное, дверь сама открылась, а, может, кто-то вышел. Хотя я считала, что нас здесь только трое.

Закончив с перевязкой, намерена уйти. И мне это почти удаётся, по крайней мере, я беспрепятственно выбираюсь из хижины, делая несколько десятков шагов в сторону леса, когда меня окликают.

«Да беги же!» - горько произносит Эдель.

Только обернувшись, удивлённо вскидываю брови, глядя на Лютецию, которая держит в руках палку. Увернуться не успеваю, как орудие летит мне прямо в лицо, и я падаю на пыльную землю, раскинув руки по сторонам.

— Делайте с ней, что хотите, - слышу её реплику, и тут же чувствую, как кто-то взваливает меня на плечо.

— Моя, - клокочущий голос, и меня тащат в сторону одного из бараков.

Даже вздохнуть не успеваю, как оказываюсь на кровати. Мир переворачивается, в глазах темнеет.

— Развлечемся, - добавляет орк, и я смотрю, как отстёгивает пояс с несколькими клинками, которые тут же со звоном падают на пол. Мощная грудь с чередой татуровок и сильные руки, которые сделают всё, что пожелает хозяин. И ему плевать на мой испуганный взгляд и желание оказаться отсюда, как можно дальше.