Книга Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи, страница 56 – Ирина Манаева

Крики, удары, звон битого стекла. Кажется, что кого-то протащили по полу, но я даже не могу представить, что происходит. Двери хлопают, создавая неимоверный шум, и можно оглохнуть, только мне тоже надо выбраться отсюда, как можно скорее.

Ручку оторвал до меня товарищ, который повис рядом в воздухе. Постоянно озираюсь, боясь, как бы в этом мире не было зомби или бог знает чего ещё.

«Сожги уже дверь!» - командует Эдель. Конечно, и я себя заодно. А тем временем дышать почти нечем. – «Выбей её!»

Прикладываюсь несколько раз плечом, понимая, что вышибала из меня никакой. Силы покидают. Дышу хрипло и натужно. Не хочу умирать вот так: рядом с мумией в темном шкафу.

Кажется, не было так страшно, когда умирала в первый раз, падая из окна. Зато спасла ребёнка, который теперь остался один наверху, и, если в скором времени не придёт Генри, Элиана умрёт от голода и холода.

Кто придумал этот чёртов замок?!

Пытаюсь нащупать хоть какую-то защёлку, но дышать всё труднее и труднее, и я оседаю на пол рядом, чувствуя безысходность.

«Ненавижу тебя!» - рыдает Эдельвея, и я обязана ей жизнью, которую сейчас забираю с собой.

— Прости, - говорю ей, отключаясь.

Представляете, если сейчас души снова выйдут из тела, а потом их будет уже трое))) Шутка, конечно. Или нет?))

Когда открываю глаза, вокруг темно. Несколько секунд на то, чтобы прийти в себя и осознать: я всё ещё в шкафу рядом с мумией. Вдыхаю воздух, понимая, что его достаточно, и сажусь, прислушиваясь к звукам. Огонь почему-то не желает рождаться в ладони, и я зову Эдель, которая безмолвствует.

И тут мне становится страшно.

— Эдельвея, - призываю её откликнуться. Или она обиделась на меня, или же мы больше не вместе. Чёрт. – Эдель, - снова зову негромко, боясь быть услышанной другими. Но как же хочется, чтобы она отозвалась.

Кажется, будто зрение не такое острое, и я снова вижу, как обычные люди в темноте. А именно – никак. На ощупь пытаюсь разыскать дверь, которая отчего-то открыта. Ползком выбираюсь из «могилы». Огромные горошины страха прыгают по коже, и тут же окатывает жаром, потом холодом, который сквозит из открытой настежь двери аптеки. Дорожка лунного света лежит на полу, как и огромная туша орка передо мной, и я застываю на четвереньках, смотря на неподвижное тело впереди.

Их было двое. И, если один сейчас здесь, то где второй?

Вопрос: кто это сделал очевиден. Дом. Вернее, аптека. Зачем? Можно предположить, что они пришли не чаю выпить. Но почему всё ещё жива я?

Плач Элианы наверху поднимает на ноги. Я совсем забыла о малышке! Снова призываю огонь, но его нет.

— Эдель, - шепчу в темноту, - мне нужна помощь, - и вдалеке на площади слышится чем-то разговор.

— Он там, - говорит кто-то, и я застываю в который раз, боясь, что сюда снова ворвутся. Элиана кричит громче, и я, подобрав юбки, перебираюсь через тело орка, лежащего на проходе, и как можно быстрее и тише поднимаюсь наверх, надеясь, что крика на улице не слышно.

— Это ребёнок? – доносится до моих ушей неприятный хриплый голос. Снова хожу по лезвию ножа. В голове тишина. А я уже так привыкла к тому, что Эдель даёт советы или ругает меня в такие минуты.

Добираюсь до малышки, вытаскивая её из корзины. Все пелёнки мокрые. Нос холодный, и она явно проголодалась.