Книга Пассажирка, страница 136 – Виктория Серебрянская

— Прекрати, мама, — Дариан не повысил голоса, но в комнате словно разом похолодало. Он не стал присаживаться, оставаясь стоять в центре комнаты, все так же крепко удерживая меня за руку. — Времени на светские приличия нет.

Отец Дариана нахмурился, собираясь что-то возразить, но сын перебил его прежде, чем тот успел открыть рот:

— С этой минуты ситуация изменилась. Кинефрид Старфф уходит в отставку. Я принимаю Специальный отдел. Официальное назначение будет опубликовано утром, но Совет уже уведомлен.

Тишина в гостиной стала звенящей. Я видела, как расширились зрачки его отца. В мире арлинтов Специальный отдел был не просто работой — это была власть, стоящая над законом. Видимо, о такой карьере для сына Торны не смели и мечтать.

— И второе, — Дариан на мгновение сжал мои пальцы. — Аглая — не «она». Она — моя супруга, моя официальная пара. Мы заключили союз, и это не подлежит обсуждению. Она останется здесь, под защитой статуса главы Отдела и семьи Торн.

Мать Дариана медленно поднялась. В ее глазах бушевала ярость, смешанная с горьким осознанием: их сын только что вырос и стал сильнее их обоих. Он не просил разрешения. Он ставил их перед фактом, имея за спиной мощь самой пугающей структуры Альянса и рюкзак, набитый компроматом, способным похоронить половину их круга общения.

— Ты погубишь репутацию рода ради земной девчонки? — прошипела она.

— Я спасаю Альянс, — сухо отрезал Дариан. — А Аглая — та, ради кого я готов это делать. Примите это или… я найду для нас другое место. И внуков в таком случае вы будете видеть лишь по галасвязи.

Это был шантаж. Чистый, неприкрытый и эффективный. Родители переглянулись, и я поняла: они сдались. Не полюбили меня, нет. Думаю, это в принципе невозможно. Но они смирились с моим присутствием в этом доме.

Я стояла рядом с ним, чувствуя, как внутри все дрожит от пережитого напряжения. Когда-то, еще в звездной академии, я мечтала о том, как однажды «подцеплю» богатого аристократа, и буду купаться в роскоши, забыв о долгах и старых куртках. Мечта сбылась. Я вышла замуж так выгодно, что выгоднее просто некуда.

Вот только вместо беззаботных вечеринок я получила мужа, от которого пахнет озоном и опасностью, рюкзак с государственными тайнами и пожизненный приговор в виде бесконечной войны в тени. Ощущения были совсем не те, что в моих девичьих грезах — не легкость, а свинцовая тяжесть ответственности. И странная, дикая гордость за то, что я — единственная, кто может держать этого человека за руку, когда он смотрит в бездну.

Спустя полгода…

Прошло не так много времени, как мне иногда казалось в моменты затишья, Галактика за этот срок не успела провернуться вокруг своей оси, перемалывая судьбы и выплевывая осколки старых империй.

Арганадал встретил нас не цветами, а холодным блеском протокольных улыбок и скрытой яростью тех, чьи планы Дариан превратил в прах одним росчерком пера. Рокхэм не исчез — такие, как он, не растворяются в вакууме. Он просто ушел в тень, затаился, зализывая раны. А вместе с ним затаились и те, кто, прячась в тени, срежессировал этот спектакль. Но Дариану хватило и того, что осталось.

Разгребать то, что натворил Келен, пришлось долго и трудно. Его «сенсационный репортаж» о наследнике Торнов, застрявшем на гибнущем лайнере, успел облететь половину Альянса прежде, чем Старфф дотянулся до главных узлов связи. Хотя Дариан сам по себе не особо был интересен широкой общественности. Келен ухитрился сделать то, чего Специальный отдел боялся больше всего: он показал обывателям черные кубы.