Книга Последний рейс королевы, страница 51 – Виктория Серебрянская

С появлением в моей жизни Нартанна все будто с ног на голову перевернулось. Цель, ради которой я тщательно копила кредиты, вдруг сама оказалась в пределах досягаемости. Но почему-то я не тороплюсь сделать последний шаг. Почему, я не могла ответить даже самой себе. То ли рядом с Борисом вспомнила о том, что я женщина и раскисла. То ли потому, что, прожив более сорока лет, я только сейчас вдруг поняла, что жизнь не делится лишь на черное и белое. Что она полна полутонов.

Насмотревшись на земной пейзаж до рези в глазах, и понимая, что сейчас мне все равно не уснуть, слишком уж мною владело беспокойство, я решила сходить к арлинту и поговорить начистоту наконец. О чем? Решу по ходу разговора.

Прежде, чем идти в рубку к арлинту, я приоткрыла дверь напротив и заглянула к Борису. Зачем? Я и сама не знала. Сама опомниться не успела, как на одних инстинктах оказалась в его каюте.

Борис спал на животе, зарывшись лицом в подушку. Одеяло сползло вниз, открывая по-юношески узкие плечи и костлявую спину. Какая-то неведомая мне сила просто-таки толкнула меня в спину, и я склонилась и поправила ему одеяло. Острая иголочка жалости впилась мне в сердце. Я свою судьбу считаю ужасной. Но Борису не позавидуешь. Я-то хоть родителей своих знаю и помню. А кто стал донором генома для него? И что он видел ребенком, выращенный как микроб в пробирке?

Передернув плечами, словно в попытке избавиться от нехороших мыслей, я еще раз поправила одеяло, накрывая подростка по самую голову, чтоб не замерз, и тихо вышла из каюты. В душе царил хаос.

Короткий коридор катера был по-домашнему уютным. Хорошая звукоизоляция глушила все посторонние звуки от двигателей и системы жизнеобеспечения. Под ногами лежал пушистый ковер. Я все больше убеждалась в том, что Нартанн выбрал это судно не случайно. Все было распланировано заранее. И катер, вероятнее всего, принадлежит тому, кто женат на землянке.

Арлинт не стал закрывать двери в рубку. Так что сигнал о том, что кто-то хочет связаться с катером извне, я услышала еще в коридоре метра за два от порога рубки. Сердце тревожно екнуло. Нас засекли? Или…

Арлинт открыл канал связи. Но об этом я догадалась, только услышав его хриплый, полный изумления голос:

— Кара?! Ты?..

Прижавшись спиной к стене, я осторожно подкралась к дверям в рубку и заглянула внутрь. Экран связи был развернут на весь центральный дисплей и демонстрировал темноволосую симпатичную женщину лет тридцати в строгом темном платье, смахивающем на форму Звездного флота. Глубоко беременную темноволосую женщину.

Лицо Нартанна я почти не видела. Он сидел на самом краешке кресла в пол-оборота ко мне. Но вся его поза говорила о глубочайшем потрясении. Интересно, что не так? Почему он смотрит на женщину, будто у нее отросли рога?

— Я, Мирак, — женщина улыбнулась, — привет! Как у тебя дела? Все идет по плану? Кин просил сообщить тебе, что с нашей стороны есть небольшие изменения — он не сможет прибыть на базу, как планировалось. — Женщина помолчала несколько секунд и добавила: — Мирак, будь осторожен. Два часа назад пришли какие-то странные сводки. Черный сектор закрывает границы. И мы не знаем, что послужило причиной. Кин велел передать, чтобы зря своей шкурой ты не рисковал. Не сможешь проскочить завесу — возвращайся. Придумаем что-то еще.