Книга Хана, вызывайте некроманта, страница 12 – Виктория Рогозина

— Если она действительно была избранной для Абсолютного Разума, — задумчиво проговорил Амрэй, — то её превращение в дамнацию может быть ключом к чему-то… неизведанному.

Кай скептически хмыкнул, но промолчал. Они оба знали, что ответов у них не было, и пока оставалось только наблюдать. Окси закрыла глаза, её голова бессильно опустилась, но её пальцы едва заметно дрогнули, как будто она пыталась вырваться из магической цепи, даже в таком ослабленном состоянии.

— Что бы это ни было, — негромко произнёс Кай, — оно выше нашего понимания.

Окси устало запрокинула голову, её дыхание было прерывистым. Она чувствовала, как тело слабеет, каждая клетка будто кричала от усталости и боли. Хотелось есть. Хотелось пить. Хотелось... жить.

Запястья саднили, а холод магических цепей обжигал кожу. Ноги едва касались пола, но даже это вызывало слабую надежду, что она сможет удержаться. Единственное, что её утешало — она не знала, какое сейчас время суток. Этот неясный момент, странным образом, давал ей передышку от страха.

Ночь всегда была для неё худшим временем. Окси боялась её больше всего. Ночью она становилась уязвимой, лёгкой добычей для других дамнаций, которые всегда чувствовали её слабость. Именно поэтому она привыкла прятаться в людных местах, стараясь раствориться в толпе. Ночами она скиталась, а днём отсыпалась где придётся.

Она тихо застонала, отдавшись боли. В этот момент её затуманенное сознание уловило новый звук. Хлопнула дверь. Громкие, уверенные шаги нарушили гнетущую тишину комнаты.

Окси чуть подняла голову, но силы сопротивляться или говорить не было. Звук шагов приближался, вызывая в её сердце смешанные чувства — страх и странное облегчение от того, что одиночество больше не давит на неё своим грузом.

Скоро она увидела фигуру некроманта. Амрэй остановился в нескольких шагах от неё, его лицо было всё таким же непроницаемым. Он посмотрел на неё сверху вниз, как будто что-то решал. Затем заговорил, и его голос был холодным, почти лишённым эмоций:

— Ты должна быть благодарна, что осталась жива.

Окси не ответила. Она лишь выпрямила спину насколько могла, собрав остатки сил, чтобы не выглядеть сломленной. Её взгляд был усталым, но всё ещё горящим.

— Да пошел ты! — бросила она с ядом, её голос прозвучал хрипло, но уверенно.

Амрэй слегка склонил голову набок, разглядывая её. Что-то в этой девушке выбивалось из привычного порядка вещей. Она не была похожа на других дамнаций. Необычная смесь человеческой уязвимости и того неуловимого мрака, который всегда окружал тех, кого он уничтожал.

Он подошел ближе, почти касаясь носом её шеи. Аромат ударил в нос — тонкий, нежный, с едва уловимыми нотками корицы. Корица. Этот запах всегда сопровождал дамнаций, но сейчас он был... другим.

Окси не шелохнулась. Она висела на цепях, её тело было натянуто, как струна, но она упрямо не позволяла себе показать слабость.

Амрэй усмехнулся, отстраняясь:

— Знаешь, мне нравятся покорные девушки.

Её глаза вспыхнули яростью, но она не закричала, не бросилась с оскорблениями. Вместо этого, с ледяной язвительностью, она произнесла:

— Только слабак будет издеваться над слабой и беззащитной.

Его усмешка стала шире, но вместо раздражения в глазах промелькнул интерес. Он щелкнул пальцами. Раздался металлический звук, и цепи на её запястьях слегка ослабли, удлинившись.