Онлайн книга «Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник»
|
— Что еще прикажет госпожа? — Лети в Аву, — не глядя на врана сказала Мурчин, которой сильфы-парикмахеры набросили на лицо едва ли не всю копну, — посмотри, что там делает потаскуха Катвиал, вечером доложишь мне… Раэ не удержался, нарушил молчанку, когда вран вылетел в окно по одному лишь щелчку когтистых пальцев , и спросил Мурчин: — Ты же хотела его скормить личу! — Может, еще и скормлю, — беззаботно сказала ведьма, — а пока он меня забавляет… И пытается доказать, что будет полезен лично мне, а не Эне. «Ну да, зараза, ты и этого к когтю прижмешь», — подумал Раэ и попытался под самодовольным взглядом Мурчин сделать вид, что углубляется в чтение. Ведьма тем временем, не отрывая взгляда от Раэ, начала со всем тщанием одеваться в черное роскошное одеяние из трех платьев, подгоняя шлейф и длинные рукава. Серебряные и черные шелковые шнуры как змейки летали в воздухе, шнуруя платья по фигуре. Раэ хотелось делать вид, что он не замечает того, как пристально ведьма за ним наблюдает. — Теперь ты убедился, что законы морали — всего лишь клетка? — вдруг спросила Мурчин, — Ну, скажи… Она была великолепна, словно черная статуя самой себе в тяжелых барханных одеяниях. Ее взгляд сиял как-то по-новому. У нее было какое-то иное настроение, которое Раэ никак не мог уловить, и это было небезопасно… Это она о чем? Ах да, это должно быть написано книге этого дурацкого мудреца! — Да-да, — спохватился он и заводил пальцами по строчкам, — я как раз сейчас именно об этом и читаю… — Не читай, а скажи, что ты думаешь сам. Я хочу знать, что в тебе уже взошло… Ну давай, порадуй меня, умница. — Боюсь, что не порадую… я еще толком не прочел… — Ну просто скажи, что думаешь о том, что успел прочесть… — А потом ты начнешь давить у меня альвов одного за другим перед глазами? — Не начну. Я уважаю свободу суждений, в отличие от твоих железных лбов из Цитадели. Я не стану убивать альвов, если ты начнешь высказывать свое, собственное мнение, а не то, что тебе навязали на своих дремучих охотничьих уроках. Ну, скажи… что ты думаешь? — У каждого философа — свое учение, — осторожно проговорил Раэ, словно пробуя ногой ненадежный тонкий лед, — один судит так, другой эдак… Может, кто и отыскал истину, да только кто из них? Мурчин довольно усмехнулась: — Мне нравится твое смущение. Твой нарушенный внутренний покой. Что ж, это небольшой шажок вперед. Ты определенно растешь. Я очень, очень рада. Раэ пожал плечами. Чего она такого приняла за его рост? И где его смущение? Сказать бы ей напрямик, где он видел всех ее мудрецов и на каком суку бы их вешать! Да как такое скажешь этой любительнице свободного мнения… — Все они могут судить как хотят и крутить мыслью как пожелают потому, что истины… не существует! Нет ее, мой Фере, — ласково сказала Мурчин, — У каждого своя правда и свое суждение о вещах. У умных одно, у глупцов — другое. Ну, согласись со мной, что истины нет. Раэ опять пожал плечами. Ведьма подалась к нему, мешая сильфам ее шнуровать, коснулась подведенными черным губами его уха, прошептала так, что мурашки побежали по спине: — Ну… смелее… будь со мной откровенен. — Может… она и есть, просто… непостижима, — нетвердым голосом сказал Раэ, чуть-чуть отклоняясь. Мурчин рассмеялась: — О, это то, чему вас учат в Цитадели! Истина есть, но она не вашего ума дело! Вы — ничтожества, которым не дано постичь истину, а она якобы есть, и она непостижима! Но она при этом есть. И определяет мораль! А на самом деле ее нет, мой Фере, вот и все. Все так просто. |