Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 88 – Екатерина Розова

…-Ты чего тут дрыхнешь? — раздалось над Раэ, и он получил в бок метлой. Он приподнял голову и показал Мурчин оттиски черепицы на щеке. С трудом поднялся, ощущая себя как побитый палкой от того, что спал на острых черепичных углах. Над гнилым лесом занимался вялый вымученный рассвет. Мурчин стояла над ним в платье с истрепанным оттоптанным подолом: хорошо повеселилась в Аве, все улицы им подмела и, небось, переплясала вместе со всеми... Из-под сетки опять вывалились ее великолепные пепельные волосы, и она отдувала от глаз непослушные пряди. Мурчин была крепко-накрепко перевязана теплой шалью, потому как летать по воздуху ночью было холодновато. В руках она держала метлу, на которой приземлилась на крышу, и теперь ею же и тыкала Раэ в бок. Значит, сверху она еще не обозрела того безобразия, которое ожидало ее на земле...

— Там что, в доме места нет? — спросила Мурчин, — нет, ну что ты на крыше-то делаешь?

— Клопы зажрали… — съязвил Раэ.

— Чушь не городи! В Кнее не приживаются клопы… кроме тебя! Ванна мне готова?

— Боюсь, что нет…

— Ты что, совсем обнаглел? — спросила ведьма и пнула его носочком туфли под ребра, — а ну вставай, разлегся! Как ты мог не приготовить мне ванну?!

— А ты спустись вниз, спустись-спустись и посмотри, что творится в доме!

— А сказать не можешь?

— Не могу. Ты должна это сама видеть.

Что-то в лице Раэ или же какое-то странное чувство заставили ведьму снова усесться на метлу и плавно спуститься вниз, но уже на спуске она заорала:

— Ты, ублюдок, стекла побил? Да как ты посмел! Я тебя заставлю сожрать все это стекло!

На ее ор дом ответил многократным мычанием. Мурчин зависла на метле между небом и землей и расширенными от удивления глазами смотрела, как из дома вылезают на ее вопли мертвецы в ржавых доспехах и прут прямо на нее. Мурчин запищала, как девчонка, которая внезапно открыла дверь кухни и потревожила крыс, которых она не ожидала там увидеть.

— Что они тут делают? — спросила она, бестолково хлопая глазами. Этим она насмешила Раэ. Ведьма, называется, да еще верховная.

— Мне откуда знать, — ответил ей с крыши пленник, — я их точно не приглашал.

— Откуда они?

Мычащие шатуны пошли на ее голос, но поскольку ведьма висела над ними, то их мертвый разум не мог им позволить определить, где она.

— Я спрашиваю — откуда они? — требовательно прикрикнула Мурчин.

— Я думал — ты скажешь.

Злющая Мурчин мгновенно подлетела к Раэ, спрыгнула на крышу и прошипела:

— Или ты мне сейчас все объяснишь, или я тебя сброшу вниз к этим шатунам!

— Я охотился на оленей в лесу и наткнулся на них. Они все шли к дому, — сказал Раэ, — я вижу только то, что видишь ты.

Мурчин перевела взгляд на потревоженную толпу мертвецов и ругнулась. Непонятно, что ее в этом положении злило больше — то ли, что мертвецы разбили стекла и разгромили комнаты в доме, то ли, что Раэ над ней откровенно потешается, или же то, что она не знает, чего должна была бы знать.

— Они не могли попасть в Кнею! — сказала Мурчин, — все ходы…

И осеклась. Обсуждать с пленником тайны замкнутого пространства она не собиралась.

— Может они были захоронены где-то внутри Кнеи? — предположил Раэ.

— Исключено! Я бы их почуяла! Они не могли быть в Кнее и они не могли попасть в Кнею… — как заученный урок проговорила Мурчин, словно от этого шатуны внизу должны были исчезнуть, — немедля мне скажи, паршивец, что тут было пока меня не было?