Книга Бракованная адептка драконьего куратора, страница 10 – Алекс Скай

Не Ника полностью.

Не Илария полностью.

Кто-то третий, собранный из обеих.

Я подняла руку. Серая метка на коже выглядела почти погасшей. Тонкий контур драконьего крыла, разорванное кольцо и линия, уходящая к запястью. Если смотреть внимательно, под первым знаком действительно мерцало что-то ещё — едва различимая нить, как рисунок под слоем пепла.

Я коснулась её пальцем.

Метка ответила слабым теплом.

И на миг перед глазами появилась не картинка даже, а ощущение: зал, золотые голоса, лорд Вейн, ректор, Селеста, Рейнард… и между ними тонкие нити. Одни натянутые, другие обманчиво мягкие. Лорд Вейн был связан с ректором холодной зелёной линией согласия. Селеста — с несколькими адептами золотыми нитями ожидания. Рейнард стоял отдельно, но от него к уставу Академии тянулась серебряная линия, жёсткая и ровная.

Я отдёрнула руку.

Видение исчезло.

Что это было?

Память Иларии молчала. В ней были правила этикета, страх перед роднёй, имена сильных семей, обрывки уроков, унизительные фразы, долгие вечера одиночества. Но не было такого.

Значит, либо прежняя Илария никогда не умела это видеть, либо умела и боялась признаться даже себе.

В дверь постучали ровно один раз.

— Время.

Я надела куртку и вышла.

Рейнард оглядел меня с той же сухой внимательностью.

— Лучше.

— Спасибо?

— Это не был комплимент.

— Я уже начала подозревать, что комплименты в боевом крыле выдают только после письменного запроса.

— После результата.

— Ещё строже.

— Ещё честнее.

Я неожиданно поняла, что этот обмен фразами удерживает меня от паники лучше любых мягких слов. Он не жалел. Не утешал. Не обещал, что всё будет хорошо. Рядом с ним нельзя было раскиснуть, потому что он даже смотреть на это, кажется, счёл бы пустой тратой времени.

— Сейчас вы пройдёте первое занятие, — сказал он.

Я остановилась.

— Сейчас?

— Через десять минут.

— Но я только что получила семь дней.

— И уже потратили часть первого.

— А можно хотя бы узнать, что за занятие?

— Драконья дисциплина. Основы клятвенного движения.

Звучало так, будто я должна была понять. Я не поняла.

Рейнард заметил.

— Вы не знаете базу?

Память Иларии виновато подала: знала. Теоретически. Из книг, по которым её заставляли заниматься, чтобы “не позорить дом”. Практики почти не было. Дома Иларии позволяли смотреть, но не участвовать. Серая метка проявлялась слабо ещё до церемонии, и род Вейн заранее решил, что вкладываться в неё бессмысленно.

— Теорию знаю, — сказала я осторожно. — Практики мало.

— Насколько мало?

— Если я скажу “почти нет”, вы очень разозлитесь?

— Нет.

— Правда?

— Я редко злюсь на факты. Только на людей, которые их скрывают.

Я кивнула.

— Тогда почти нет.

Он несколько секунд молчал.

— Прекрасно.

— Это звучит как приговор.

— Это звучит как честная стартовая точка. Запомните её. Через семь дней вам придётся доказать, что вы способны пройти дальше.

— А если нет?

Рейнард пошёл к двери.

— Тогда Академия заберёт у вас не только метку. Она заберёт у вас право когда-либо сказать, что вы не пытались.

Тренировочный зал боевого крыла был огромным.

Не таким торжественным, как церемониальный, но куда более живым. Пол из тёмного камня делился на шесть площадок, каждая была отмечена кругами, линиями и знаками клятв. По стенам стояли стойки с тренировочными жезлами, металлическими кольцами, кожаными манжетами и кристаллами разного цвета. Над потолком двигались прозрачные силуэты драконов, повторяя движения адептов внизу.