Книга Проходная пешка, страница 59 – Тая Шуи

— Скорее всего, Эсми права, — кивнула «Элен». — Ланкрейзы — очень старинный род. Даже наша Академия названа в честь Дагмара Ланкрейза, но о его потомках долгое время не было ни слуху ни духу.

— И тут объявляется Риана… — протянул Руди.

— Странно, не правда ли?

— Так Ремзлиг хочет, чтобы мы присмотрели за ней? — воодушевилась Эсми. — Она как-то связана со Свободным Альянсом?

— Я не знаю. Но думаю, с вашей помощью мы это выясним.

* * *

«Вопрос № 20. Расскажите о руническом раскладе „Три Сестры“. Расшифруйте предсказание, если при этом раскладе выпадут руны Вуньо, Уруз и Тейваз».

Риана усмехнулась и застрочила ответ, вспоминая свою волшебную палочку, покрытую рунами. За то время, которое Ланкрейз провел на Ризелионе, готовясь к сдаче практик, она успел привыкнуть к ней и по-настоящему ее полюбить. И хотя Риана до сих пор иногда забывала пользоваться палочкой и самые легкие заклятья творила без нее, девушка старалась не злоупотреблять беспалочковой магией и все чаще доставала свое изделие для сотворения волшебства. Повезло, что маги Ашхониса тоже не каждый раз прибегали к артефактам, предпочитая плести вязь заклятий, словно невидимую паутину.

— Госпожа Фьюбэнс, я закончила, — обратилась Риана к сухонькой старушке, которой даже на вид было лет сто, не меньше.

— Очень хорошо, госпожа Ланкрейз, можете сдать записи и приступить к практической части. Что там у вас? Гадание по чаинкам?

Риана согласно кивнула, встала из-за парты, одиноко стоящей в почти пустой комнате, и подошла к старой волшебнице. До этого она никогда не сдавала практики одна: всегда находились другие студенты, желавшие показать свои знания. Кто-то приходил сюда после подачи апелляции, кто-то после болезни, а кто-то находился на домашнем обучении и теперь заботился о получении диплома. Видимо, предсказания нынче не пользовались популярностью, раз экзамен организовали исключительно ради Рианы.

— Это ведь ваш последний экзамен? — громко, как обычно делают глуховатые люди, спросила Фьюбэнс, разливая чай.

— Да, госпожа.

— Скажу вам по секрету, — все так же громогласно сказала волшебница, — вы показали очень высокие результаты. Когда профессор Крофти увидел вашу работу по заклинаниям, он схватился за сердце и его пришлось отпаивать Психолептическим бальзамом. Потом он долго не мог прийти в себя и постоянно твердил, что вы воскресший Алек Волхон. По мнению профессора, у вас его техника и стремление к изящным решениям.

— В этом нет ничего удивительного, госпожа Фьюбэнс, ведь Алек Волхон был моим учителем, — невозмутимо сказала Риана, делая глоток из фарфоровой чашки.

— Вот как? — удивилась сухонькая волшебница. — Впрочем, это все объясняет. Я знала, что после ухода из Ашхониса Волхон давал частные уроки, но даже не подозревала, какие талантливые у него ученики. Вы не возражаете, если я расскажу об этом профессору Крофти?

— Вовсе нет.

— Прекрасно! Позвольте поинтересоваться, кто же обучал вас предсказаниям?

— Алдан Болжек.

— Потрясающе! — Восторгу Зельды Фьюбэнс не было предела. — В последний раз мы виделись на конференции в Феларии. Удивительный человек! Ему в то время уже было девяносто четыре, и он предсказал смерть самому себе через два года. Так и случилось.

— Профессор Болжек никогда не боялся смерти, — сказала Риана, вспоминая свои беседы с тенью погибшего мага. — Он говорил, что для здравомыслящего человека смерть — это естественный исход, а для человека благоусердного — лишь начало пути.