Книга Нищенка в академии драконов 2, страница 40 – Анжелика Янчевская

— На кушетку, быстро, — скомандовал он, уже подготавливая свои артефакты для более серьёзной диагностики.

Я бережно уложил Мелли и отошёл в сторону, чтобы дать магистру пространство для работы. Моё сердце колотилось так, словно вот-вот выпрыгнет из груди.

Магистр Эвертон работал быстро и сосредоточенно. Его руки летали над телом Мелли, создавая сложные узоры из света и энергии. Он использовал один артефакт за другим, всё больше хмурясь, а его лицо становилось всё более встревоженным.

— Я не понимаю, — пробормотал он наконец. — Это не обычное переутомление. Её жизненные силы истощаются с невероятной скоростью. Как будто что-то… высасывает её энергию.

Я почувствовал, как земля уходит у меня из-под ног. Я смотрел на бледное, почти безжизненное лицо Мелли, и меня охватило отчаяние, смешанное с дикой, всепоглощающей яростью.

— Вы можете ей помочь? — спросил я, и мой голос прозвучал глухо, как будто из-под земли.

Эвертон встретился со мной взглядом, и в его глазах я увидел то, чего боялся больше всего, — неуверенность.

— Я… не знаю, — честно ответил магистр. — Я никогда не сталкивался с подобным случаем. Мне нужно провести дополнительные исследования, консультации… Это похоже на магическое истощение, но я не вижу причины.

— Сколько… сколько у неё времени? — прошептал я, и мой голос стал чужим, надтреснутым.

— Часы, — коротко, почти безжалостно ответил Эвертон. — Может быть, она не доживёт до рассвета. Я подключил поддерживающий артефакт, и отправил тревожный сигнал ректору. Мы соберем консилиум, сделаем все возможное.

Его слова ударили меня, как кулак в живот. Воздух покинул мои лёгкие. Мир вокруг на мгновение потемнел, звуки ушли. Но я быстро взял себя в руки. Мелли жива и нуждается во мне, это главное.

Я склонился над неподвижным телом Мелли. Её кожа была прозрачно-бледной, с голубоватым оттенком, как тонкий фарфор. Сквозь кожу на висках просвечивали тёмные прожилки, похожие на тонкое кружево, сотканное из ночи.

Я взял её холодную руку в свои ладони, пытаясь согреть. Внутри меня бушевал ураган эмоций — страх, отчаяние, ярость. Но внешняя маска держалась хорошо.

Наклонившись, я осторожно коснулся губами её лба. Он был холодным, слишком холодным для живого человека.

— Ты поправишься, — прошептал я, не заботясь о том, что магистр Эвертон может услышать эти слова. — Слышишь, Мелли? Я не позволю тебе уйти, держись любимая.

Я провёл пальцами по её щеке, вдоль тонкой линии подбородка. Сколько раз эти губы улыбались мне, сколько раз эти глаза сияли от счастья, когда видели меня? Сколько ещё моментов нам суждено разделить?

Наклонившись, я осторожно коснулся её губ своими. Они были сухими, безжизненными. Никакого ответа. Но я вложил в этот поцелуй всю свою душу, всё своё отчаяние и надежду.

— Я вернусь за тобой, — прошептал я, прижавшись к её уху. — Просто дождись меня. Борись, слышишь? Ты самая сильная из всех, кого я знаю. Сильнее самых могущественных драконов. Держись за эту жизнь. Ради нас.

Я выпрямился, и что-то внутри меня изменилось. Страх не исчез — он трансформировался в холодную, стальную решимость. Я знал, кто может помочь.

— Сделайте всё, что в ваших силах, — сказал я магистру Эвертону. — Я вернусь с помощью. Скоро.

Не дожидаясь ответа, я выбежал из лекарского крыла. Мысленно я уже прокладывал маршрут. От академии до родового замка Крегов — три часа быстрого полёта даже для сильного дракона. Но я не собирался лететь быстро. Я собирался лететь на пределе возможностей.